Редакционная статья
КНДР объявила, что первой целью ее ядерной атаки может стать Токио. Если это, не дай бог, случится — вторая в истории атомная бомбардировка опять придется на Японию. Наблюдатели гадают, насколько это реально. В основном обсуждаются темы адекватности корейского лидера, интересы больших геополитических игроков и перспективы объединения двух Корей. Судя по всему, в возможность ядерного конфликта мало кто верит.
Мир расслабился, применение ядерного оружия в военных целях кажется старой страшной сказкой. Сахаровская идея о том, что оно есть оружие сдерживания, прочно засела у нас в головах. Мы привыкли наделять ракеты с ядерными боеголовками сакральным смыслом, несовместимым с нашими жизненными реалиями. Чернобыль и Фукусима вполне укладываются в нашу картину мира, а повторение Хиросимы и Нагасаки — почему-то нет. Школьники больше не бегают в бомбоубежища по учебной тревоге, студенты не сдают зачетов по гражданской обороне, а ядерный апокалипсис в американских блокбастерах выглядит примерно так же реалистично, как зомби или космические пришельцы. Между тем стоит задуматься: что дает нам основания быть уверенными в малой вероятности ядерного конфликта?
Недолгая по историческим меркам биография ядерных технологий свидетельствует, что им, как и любым другим когда-то новым технологиям, несмотря на сверхусилия первых ядерных держав, свойственна диффузия. Распространение идет, хотя и медленно, двери ядерного клуба со скрипом, но открываются.
На текущий момент, согласно оценкам экспертов, ядерным оружием обладают девять стран мира, причем только пять из них — США, Россия, Франция, Великобритания и Китай — имеют легальный статус ядерных держав. Прочие государства, сумевшие овладеть технологией производства ядерного оружия, сделали это тихой сапой уже после подписания международного Договора о нераспространении ядерного оружия в 1968 году.
Первым «нелегалом» стала в 1974 году Индия, затем, на рубеже 1970–1980-х, согласно не до конца непроверенным данным, успешные испытания провела ЮАР (в начале 1990-х президент этой страны Фредерик де Клерк официально заявил о прекращении военной ядерной программы и уничтожении всех имевшихся в наличии ядерных боезарядов). Пакистан осуществил первые подземные испытания ядерных зарядов значительно позднее — в 1998-м. Израиль до настоящего времени остается самой темной лошадкой в ядерном клубе — официально его руководство до сих пор не признается в обладании ядерным оружием, но, судя по всему, страна располагает ядерными боеголовками уже несколько десятилетий. Наконец, КНДР смогла провести первое подземное испытание своей ядерной бомбы в октябре 2006 года (второй тестовый взрыв был осуществлен северокорейцами в 2009-м, а последний и самый мощный — в феврале 2013 го).
Что же касается сегодняшних «пороговых» стран, помимо Ирана, то у ряда экспертов есть определенные подозрения относительно Мьянмы и Сирии, хотя, что касается последней, то, скорее всего, эти обвинения малообоснованны.
Стоит добавить, что технологиями обогащения урана, необходимыми для производства как ядерного оружия, так и ядерного топлива для мирной энергетики, обладают также Австралия, Аргентина, Бельгия, Бразилия, Германия, Испания, Италия, Нидерланды и Япония.
Вероятность корейской ядерной войны, возможно, недостаточно высока с точки зрения иных наблюдателей по политическим причинам. Кому-то может показаться, что восемь северокорейских зарядов хиросимского класса мощности (15–20 килотонн), которые еще надо доставить до цели, — не такой уж пугающий арсенал (справедливости ради напомним скептикам, что в малозаселенной по нынешним меркам Хиросиме погибло 90 тысяч человек, а заряд такого же класса, взорванный сегодня над Сеулом или Токио, унесет на порядок больше жизней). Дай бог, чтобы в корейском случае скептики оказались правы. Но есть объективные законы технологической истории человечества: еще ни разу не бывало так, чтобы распространение изобретенной homo sapiens технологии по чьей-то воле останавливалось навсегда, а значит, ядерный конфликт — вполне вероятный сценарий развития событий.
Ольга Власова
Петр Скоробогатый
Поднимая градус ядерного шантажа, Северная Корея не учитывает изменившийся геополитический фон. В результате конфликт может начаться неожиданно для нее самой
Фото: АР
