— Благо, не благо, но цель нашей работы — это объяснить. В зависимости от этого мы смотрим, как шло формирование государственной территории, властных и гражданских институтов. При этом мы исходим из современных теорий о том, что в России очень неблагоприятные условия для экономического развития. Если взять Средневековье и раннее Новое время, то это самая низкая урожайность во всей Европе, самый трудный хлеб. Кубани-то у нас еще не было. Это определило некоторые векторы экономического развития. Леонид Васильевич Милов в своей фундаментальной монографии «Великорусский пахарь» приводит данные урожайности и солнечных дней за большие временные периоды на основной территории формирования Русского государства — их в три раза меньше, чем на севере Италии. У нас никогда не бывает двух урожаев, что норма для некоторых стран. И полевой сезон у нас самый короткий. А вы знаете, какой вывод для себя из этого я делаю? Это объясняет политическую и гражданскую пассивность как одну из основ политической культуры. Потому что когда человек постоянно борется за выживание, ему не до институций гражданского общества, ему общественными договорами, как в Древнем Риме, где патриции с плебеями договаривались, некогда заниматься. Поэтому логика простых людей в этом процессе состояла в откупе от власти: нате вам дань, полюдье, оброк, и идите с богом, не мешайте работать.

Еслиречьшлаовыживании,откудаунастакаявысокаякультура —архитектура,живопись?

— Это уже касается культуры элитарной.

Складываетсяощущение,чтовпрограммезаложенавцеломидея «догоняющегоразвития»России,чтоунасцаривседелалиневовремя,советскоеруководствопослевойнытожеопаздывалосреформами,ивэтомпричинывсехнашихбед.Этоданьсоветскойилиберальнойисториографии?

— Есть такое. Ну у меня реалистично-оптимистический взгляд на нашу историю. С одной стороны, я ничего не склонен переоценивать, с другой — драматизировать. И здесь важно, что поставить в основу оценки. Почему в гуманитарных науках не работают импакт-факторы — рейтинги цитирования? Потому что это только один критерий. То же самое здесь. С точки зрения экономического развития — да, мы все время догоняли. И Советский Союз — не надо лукавить — еле-еле сводил концы с концами, потому что всегда существовала развилка между огромными военными расходами и социальным развитием. И надо отдать должное тогдашнему партийному руководству — хотя сейчас модно ругать этот тип управления, но я как историк понимаю, что мы и это пройдем, — потому что они несколько послевоенных десятилетий балансировали, не допуская серьезного социального взрыва и поддерживая гонку вооружений. Кто-то скажет, что не надо было участвовать в гонке вооружений. Но тогда надо было встраиваться в совершенно другую систему. То есть вот она, многофакторность: международный аспект, внутриполитический, идеологический — все это нужно обязательно показывать, потому что история — как граненый стакан, в ней все зависит от конкретного преломления света.

Труднаяувасзадача,судяповсему.Идеологиинет.

— Идеология есть. Она в том, что все-таки мы говорим о единой российской нации, сформировавшейся на данной территории. Другое дело, что формулировки, которые появились в проекте, ни один из членов рабочей группы не получил готовыми откуда-то «сверху» — из администрации президента и так далее. Это результат договоренности сообщества, причем тоже многосоставного: в рабочей группе участвуют Академия наук, вузы, авторы учебников, учителя, чиновники — министр, замминистра, которые обеспечат реализацию всего проекта. И предоставленная нам свобода накладывает большую ответственность. Именно поэтому вся работа группы будет совершенно открытой. Сейчас в интернете доступен рабочий материал. А 1 июля мы официально разместим доработанный проект на сайтах Минобра, Исторического общества. До августа все замечания будут собираться в электронной форме и обрабатываться. Потом мы сделаем еще одну редакцию документа и, по-видимому, пустим его в очное обсуждение на августовских педагогических совещаниях, конференциях в федеральных округах, в Общественную палату, в экспертных сообществах. А в ноябре или декабре объявим конкурс на написание учебников.          

<p><strong>Театр Бориса Мессерера</strong></p>

Андрей Левкин

«Мы просто несли себя, самих себя. Каждый из нас. Мы были такими, какими были»

Борис Мессерер. Инсталляция «Реквием по Венедикту Ерофееву»

Фото Павла Иовика

В этом году исполнилось 80 лет знаменитому российскому художнику, сценографу, книжному графику, представителю известнейшей театральной династии Борису Мессереру . В Третьяковской галерее сейчас проходит выставка, приуроченная к юбилею.

Перейти на страницу:

Все книги серии Журнал «Эксперт»

Похожие книги