Редакционная статья
Россия переживает один из наиболее драматичных моментов в своей новейшей истории. Сложившаяся в экономике ситуация такова, что затяжная очень болезненная стагнация и новая многолетняя волна экономической экспансии для страны практически равновероятны. Все упирается в то, какие экономические решения будут приняты в самое ближайшее время.
С одной стороны, мы имеем экономику с очень высокими инфраструктурными издержками — цены на электроэнергию и железнодорожные перевозки выше, чем в США. С высокой зависимостью бюджета и внешнеторгового баланса от экспорта углеводородов. С крайне дорогим кредитом, с дорогой рабочей силой. И с очень слабой обрабатывающей промышленностью, чей экспортный потенциал исчезающе мал. Эту экономику могут столкнуть в спад простейшие меры бюджетной экономии, неосторожное повышение налогов или ухудшение внешней конъюнктуры.
С другой стороны, адаптация бизнеса к новым условиям после начавшегося в 2008 году кризиса, который усугубился связанной с выборным циклом политической неопределенностью, произошла. Все поведение бизнеса в последние пару месяцев указывает на то, что компании самым активным образом ищут новые возможности, строят новые планы. И при этом существует огромный потенциал роста. Во-первых, в сфере модернизации жилищно-коммунальной и транспортной инфраструктуры, а во-вторых, в удовлетворении внутреннего потребительского спроса отечественной промышленностью (импортозамещение). Оба эти направления ясны и не требуют никаких особых сверхусилий.
В том, что мы находимся в поворотной точке, убеждает и поведение наших западных друзей. В очередном своем докладе о российской экономике Всемирный банк делает упор на необходимость скорейшего избавления от неэффективных производств. Как же избавиться от неэффективных производств? Элементарно: ускоренно подтягивать искусственно заниженный уровень базовых издержек к мировому уровню — как будто бы они уже не там. России, чтобы стать эффективной, по-видимому, надо стать страной с самыми высокими в мире базовыми издержками, и если какие-то отрасли отомрут, то и не жалко — они же были неэффективные, и работники там были неэффективные. Неудивительно, что Всемирный банк считает недавнее решение российского правительства о приостановке и резком сокращении индексации тарифов естественных монополий шагом в неправильном направлении. Мол, перераспределение части монопольной прибыли консервирует структуру экономики и позволяет выжить неэффективным компаниям.
То, что в России много не слишком эффективных компаний, очевидно. Непонятно только, почему их уничтожение должно быть приоритетом экономической политики — в наивном расчете на то, что уж на месте-то отмерших неэффективных предприятий, не успеем глазом моргнуть, заколосятся передовые и инновационные. Может быть, этой цели удобнее достигать за счет такой экономической политики, которая способствовала бы росту, в ходе которого более эффективные компании в борьбе за капитал, за рабочую силу, за ресурсы вытесняли бы с рынка менее эффективные?
Понятно, отчего такая политика невозможна на Западе: там рынки уже сформировавшиеся и поделенные, к тому же перегруженные долгами и социалкой. Просто непонятно, куда им расти (и понятно, почему последний цикл подъема на Западе был связан с недвижимостью — это самая простая сфера для инвестиций; понятно также, почему, несмотря на масштабнейшую накачку деньгами, там нет и признаков устойчивого роста). Но у нас-то еще непочатый край работы. Нам есть куда расти, а потому мы можем осуществлять реструктуризацию не на спаде (как нам навязчиво предлагают), а на росте.
Для того чтобы запустить такой рост, нам надо избавиться от давнего заблуждения, что настоящая экономика — «там». Что настоящие деньги — это лишь те, что заработаны или привлечены за рубежом. Что настоящие инвестиции — это лишь иностранные инвестиции и лишь за них и надо бороться. Что настоящий спрос — лишь экспортный. Абсолютный приоритет внутреннего развития — так вкратце можно сформулировать суть искомого экономического курса, который позволит нам выйти из нынешней непростой ситуации с минимумом потерь и с максимумом приобретений.
Татьяна Гурова
Рынок с ежегодным платежеспособным спросом в 10 трлн рублей нуждается в срочной модернизации. Есть еще вопросы: откуда взять импульсы для экономического роста?
Фото: Andrew McConnel / Panos / Grinberg Agency
