Редакционная статья
Фото: AP
Финансовые проблемы маленького Кипра — всего-то 0,2% ВВП еврозоны — неожиданно приобрели характер масштабного политического кризиса. Причем кризис этот имеет два измерения — европейское и российское.
Что касается Европы, то пример Кипра выявил удивительную политическую слабость ЕС. Стало совершенно очевидно, что все европейские достижения (Шенген, евровалюта и прочее) базируются на очень хлипком фундаменте. Отсутствие глубокой политической интеграции приводит к тому, что вопрос на 6 млрд евро способен парализовать Евросоюз — вот она, реальная цена единой Европы.
Время для глубокого политического объединения упущено (если шанс на подобный политический союз вообще был). То, как повели себя в этой ситуации немцы, фактически полностью дискредитировало идею федерализации ЕС. Соседи по общеевропейскому дому им этого не забудут. Не забудут и явно проявившуюся — и все нарастающую — склонность к диктату, не забудут, что Ангела Меркель едва не заставила кипрские власти пойти на беспрецедентную в новейшей европейской истории экспроприацию частных вкладов — и сделала это, практически не скрывая, из соображений предвыборной борьбы. В сентябре парламентские выборы — вот и повод для продавливания такого дикого решения. Подобное сочетание мелочности и волюнтаризма — это, конечно, именно то, что надо для повышения доверия к немецкой политике в Европе.
«Почему немецкие налогоплательщики должны оплачивать спасение российских вкладчиков и компаний?» — такой вопрос в последние дни звучал очень часто. Ответ на него простой: потому что Кипр в еврозону не с неба свалился. Принимая его в еврозону, европейские страны, в том числе Германия, взяли на себя ответственность. И если в ЕС плохо с финансовой дисциплиной, если существуют проблемы с регулированием банковской отрасли, то разве в этом нет вины самой влиятельной страны союза?
Не вчера стало заметно, что процесс евроинтеграции теряет свое политическое наполнение. Чем дальше, тем больше бюрократические механизмы, бюрократические подходы вытесняют видение европейского будущего. Именно поэтому в ЕС стало возможно то, что происходило в последние годы с Грецией, а теперь с Кипром. Сегодня процесс эрозии европейского проекта зашел настолько далеко, что под вопросом оказалось само выживание Евросоюза, по крайней мере в том виде, как мы его знаем. Впору уже говорить о крахе европейского проекта, а это резко повышает риски, в том числе риски геополитические.
Весьма показательно, что недавно — как раз накануне кипрского кризиса — бывший глава Еврогруппы и премьер-министр Люксембурга Жан-Клод Юнкер выступил с очень мрачным заявлением. По его мнению, нынешняя ситуация поразительно напоминает ту, что сложилась в Европе примерно сто лет назад, за год до начала Первой мировой войны. «Демоны войны не исчезли, они просто спят. Это показали конфликты в Боснии и Косово. Есть удивительные параллели с 1913 годом в том, что касается беспечности. Многие в Европе еще тогда думали, что война не может вспыхнуть вновь, — заявил Юнкер. — Для моего поколения единая валюта всегда означала политику мира. Сегодня я вижу, что слишком многие в Европе снова теряются в узконациональных идеях».
Жан-Клод Юнкер — один из наиболее умных и дальновидных европейских руководителей последних лет. Раз он заговорил об этом открыто, значит, ситуация в Европе в самом деле очень нехороша. И вероятность развития событий по катастрофическому сценарию существенна.
Что касается России, то для нашей страны кипрская история очень поучительна. Поскольку она наглядно продемонстрировала реальное отношение к нашей стране. Показала, что Запад по-прежнему воспринимает нас как чужих. И все наши планы и попытки интеграции могут быть легко опрокинуты подобными решениями. Кипрская история показала, что неразвитость собственной финансовой инфраструктуры не может быть компенсирована инфраструктурой внешней. Показала, насколько вообще опасно всерьез рассчитывать на внешние факторы.
Рухнул не только миф о благонамеренности Европы, о неких незыблемых правилах игры, которые просвещенные европейцы строго блюдут. Рухнул еще и миф о том, что «там» все надежно. Кипрский кризис показал, что по-настоящему надежным может быть только свое.
Александр Кокшаров
Сергей Сумленный
Яковенко Дмитрий
Прямые потери от банковского кризиса на Кипре будут не слишком велики, гораздо опаснее могут оказаться его косвенные последствия
Фото: AP
Всего за один уик-энд из страны, название которой чаще фигурирует в рекламных брошюрах турагентств, Кипр превратился в головную боль Европы. Причем не только стран Евросоюза, но и России.