А пока длилось ожидание, Глеб предпринял собственное расследование. Найти в Интернете информацию об Александре Корбус было делом несложным. Особенно после ее победы на конкурсе. «Портрет врага» – аватарка на страничке Фликра. Девчонка оказалась непохожа на выдуманную Гординым беспринципную стервятницу. Милое юное лицо. Она выглядела моложе своих двадцати пяти. Точнее, уже двадцати шести. А фотография была замечательна. Лицо освещено с одной стороны, а на второй, теневой, половине изображение только угадывалось. Насмешливый карий глаз под густой «крылатой» бровью. Короткая мальчишеская стрижка. Четко очерченные скулы. Подбородок с ямочкой. Длинная-длинная шея – тонкая и беззащитная, как стебелек тепличной рассады. Глебу даже вспомнилось смешное детское слово с тремя «е» подряд – «длинношеее». И выступающая из тени половинка пухлых губ, где нижняя похожа на спелую ягоду, которую только прикуси, и брызнет сок.
Страничка Александры Корбус была открыта три года тому назад. Сейчас там горделиво красовалась ненавистная «Осень нашей любви», пролайканная больше полутора тысяч раз и собравшая длинную череду восторженных комментариев. Глеб снова поразился обилию вуайеристов.
За три года Корбус разместила солидную галерею работ. В основном это были уличные съемки. Чаще всего девчонка снимала в Москве, но были фотографии Питера, Казани, Нижнего Новгорода, Вологды. Узнаваемые городские пейзажи служили для нее только фоном – героями были люди. Она снимала стариков и детей, влюбленных, мечтателей, работяг, уличных музыкантов, просто прохожих… И всегда в работах Корбус присутствовало что-то особенное, связанное с неповторимостью ее взгляда на мир. Простые, на первый взгляд, картинки цепляли Глеба: заставляли вспоминать, размышлять, улыбаться или сопереживать.
Время от времени Корбус публиковала образцы заказных работ. Чаще всего это были свадьбы. Красивые романтичные сюжеты и даже без присущего жанру китча. Воплощение девичьей мечты о главном событии жизни. Были на страничке и студийные портреты. И дама-администраторша Винзавода оказалась права: достойные работы. В них Корбус не стремилась оригинальничать ради оригинальности, не использовала натурщиков как с бездушный реквизит… Портреты были… (Глеб задумался, как это определить)… Они были человечны. В них светилась душа. Неужели их тоже снимала Александра Корбус – нахальная и безответственная папарацци?
Внимание Глеба привлекли несколько эффектных портретов красивого блондина с дымчатыми глазами. Интересно, кто он? Клиент? Натурщик? Или любовник? Последнее предположение Гордину почему-то не понравилось…
В общем, изучение аккаунта Александры Корбус, убедило Глеба в том, что и так знал: девчонка была несомненно талантлива. Ей удавались разные жанры. Но сама она явно предпочитала подкарауливать на улице тех, кто даже не подозревал об исходившей от нее угрозе. И портить им жизнь. Несправедливо, но факт: иногда талант достается тому, кто его не заслуживает.
***
Долгожданный звонок раздался в понедельник вечером. Когда на дисплее смартфона отобразился незнакомый номер, Гордин занервничал и хрипло каркнул в трубку:
– Да?
– Алло, – женский голос звучал непривычно низко, словно виолончель. – Это Александра Корбус. Мне передали ваш телефон с просьбой позвонить. Вот я звоню. Что вы хотели?
«Что я хочу? – злобно подумал Глеб. – Тебе пока этого лучше не знать!»
– Я хотел бы встретиться с вами.
– Зачем?
– Из-за ваших фотографий. Мне… м-м-м… в общем, они цепляют меня.
– Вы вроде бы хотели заказать серию снимков. Это действительно так?
– Давайте обсудим все при личной встрече.
– Хорошо. Когда и где?
***
Глеб вошел в кафе, освещенное приглушенным светом, и огляделся. За столиками сидели парочки или одиночки, уткнувшиеся в смартфоны. Никого похожего на Александру Корбус. На всякий случай Гордин еще раз внимательно проинспектировал одиноких женщин. Будто пикапер, выбирающий очередную жертву. Нет, девчонка еще не пришла. Что ж, он подождет!
К Глебу подскочил вертлявый официант:
– Здравствуйте. Вы один?
– Нет. У меня назначена встреча с девушкой.
– Тогда, пожалуйста, проходите вон к тому столику у окна. Вам там будет удобней.
– Нет, я сяду напротив двери, – заупрямился Гордин.
Глеб заказал себе двойной эспрессо и принялся ждать, выстукивая ногтями по пластиковой столешнице нервный ритм. Четырежды дверь открывалась, впуская новых посетителей, но каждый раз это были другие люди. Прошло пять минут после назначенного времени, потом десять… Раздражение Глеба нарастало, стук ногтей становился все громче и чаще.
На двенадцатой минуте в дверях появилась высокая девушка в короткой куртке защитного цвета и черных джинсах. На шее в несколько слоев был намотан шарф рыхлой вязки, призванный утеплить несколько легкомысленную для переменчивого марта одежду. Глеб узнал ее сразу. Он приподнялся из-за стола и помахал рукой. Девушка кивнула, помахала в ответ и двинулась к нему.
– Вы Глеб? – в голосе звучал уже знакомый Гордину густой виолончельный тембр.
– Да, это я.
– А я Саша. Вы уже заказали? Закажите мне капучино. Я сейчас вернусь.
