Спустя 5 лет после войны Гермиона снова собирается в Хогвартс. Расстроенная неудачей на защите своей диссертации, она испытывает острое чувство одиночества, пока не оказывается в купе с Ремусом Люпином - единственным человеком, способным её понять, в которого к тому же она давно была влюблена.
========== Часть 1 ==========
I like that you’re lonely
Lonely like me
I could be lonely with you
lovelytheband — broken
Гермиона заметила его ещё на вокзале: в своей привычной потёртой мантии он не спеша шёл к вагону, здороваясь с каждым вторым учеником. Длинные руки, большой чемодан, ранняя седина — Ремуса Люпина легко было узнать даже спустя столько лет. Он почти не изменился. Это приятное открытие вселяло надежду на то, что она приняла правильное решение.
До отправления Хогвартс-экспресса было ещё несколько минут. Родители суетились вокруг первокурсников, поправляя их мантии и воротнички. Слёзы гордости и грусти из-за предстоящей разлуки, многочисленные наставления, толкотня с тележками и предвкушение настоящего волшебства. Гермиона по-доброму завидовала новичкам: им только предстоит столкнуться с этим чудесным школьным миром. Первое впечатление многое решает. Она вспомнила, как сама прощалась с родителями на перроне, как деловито в четвёртый раз проверяла список необходимых вещей, как робко прижимала ладонь к стеклу, когда поезд тронулся и мама с папой медленно отдалялись от неё.
Это была их первая разлука, которой Гермиона очень боялась. У неё было дурное предчувствие, что ей там не понравится. Что-то среднее между страхом и интуицией. Эта чужесть, непринадлежность к миру магии ещё долгое время будет сеять сомнения в её душе. Но как только она попала в Хогвартс и поднялась в Большой зал… Маленькая одиннадцатилетняя девочка поняла, что оно того стоило. Что бы не говорили, первое впечатление решает всё! Школа показалась Гермионе большой загадкой и новым стартом, где она собиралась выложиться на все привычные 100%.
Спустя 12 лет она нервничала не меньше первокурсницы. Конечно, теперь ей не предстояло такое глобальное погружение в чужой для неё мир. Её ожидали испытания другого рода. Когда ты едешь в Хогвартс учиться, от тебя ждут только стремления к знаниям да собранный список учебников. Но если ты молодой аспирант, не относящийся уже ни к студентам, ни к преподавателям, то, вероятно, испытываешь смешанные чувства. Если бы не профессиональная необходимость, Гермиона никогда бы не решилась на эту поездку. Она предвкушала удивлённые взгляды учеников, знавших её в лицо (спасибо «Ежедневному пророку»), оживлённый интерес профессоров к её деятельности, а также неминуемые встречи со старыми знакомыми. Ох, какие жертвы пришлось принести ради этой чёртовой диссертации!
Сама того не заметив, Гермиона оказалась уже в вагоне. В её интересах было забрести куда подальше: где бы она не проходила, она так или иначе оказывалась окружена любопытными наблюдателями. Эти «тихие» шёпотки до сих пор сопровождали её в магической Англии. Ведь всем кажется, что сказанное соседу «Смотри, Гермиона Грейнджер» услышит только он. Сначала она злилась и демонстративно старалась уйти, но через какое-то время смирилась.
Свободным (в том числе и от лишних глаз) оказалось лишь одно купе в конце 9-го вагона. Подойдя к двери, Гермиона невольно усмехнулась: около окна сидел Люпин и вдумчиво читал газету.
— Разрешите составить вам компанию? — с шутливыми нотками в голосе спросила она.
Люпин тут же оторвался от чтения. Совсем не изменился! Только парочка едва заметных морщин добавилась на высоком лбу. Его мальчишески робкая улыбка подарила Гермионе долгожданное ощущение спокойствия.
— Гермиона! Откуда ты…? — изумился Люпин и без промедления перехватил её тяжёлые сумки. — Минерва не говорила, что у нас в этом году такое прекрасное пополнение.
Она не успела и рта раскрыть, как он управился с её багажом, отправив его на верхнюю полку, смёл с сидений разложенные им вещи, а заодно предложил помочь снять её пальто. Всё, что Гермиона успела заметить, как её большой чемодан уместился рядом с маленькой сумкой Ремуса, на которой поблёскивали знакомые инициалы «Р. Дж. Люпин». В её голове тут же пронеслось воспоминание об их первой встрече: как он спал в пустом купе, как спас их от дементоров, как помог Гарри прийти в себя. Ей он тогда показался странным и каким-то излишне заботливым: будучи хорошей девочкой, Гермиона помнила, что доброжелательные незнакомцы могут быть опасными преступниками. Интересно, что она подумала бы, познакомившись с ним теперь? Вероятно, эти впечатления были бы совсем другого рода.
Сев напротив Люпина, Гермиона принялась разглаживать складки на своей юбке. Ткань на её коленях лежала идеальней некуда, но руки ещё искали места.
— Я просила профессора МакГонагалл никому пока не говорить, — ответила она, возвращаясь к его вопросу. — Не хотела привлекать внимания.
