Далее трио выстроилось в ширину в центре двора и каждый из них достал по три небольших шарика. В ту же секунду шарики запылали огнем - парни начали подбрасывать горящие шарики и ловко ими жонглировать. Гости аплодировали мужчинами. Пламя становилось все ярче и сильней, количество шариков как будто бы увеличивалось. С каждой секундой огонь становился больше, поглотив участников трио - они находились за огненной стеной.
Участник, который ловко прыгал на столы, открыл свой рот и задрав голову принялся ловить огоньки и тут же глотать их. Сквозь кожу его глотки было видно, как огонь опускался вниз к желудку. Расправившись со своими огоньками, он так же быстро поглотал огонь своих напарников. Трио кланялось. Пиликнула в восторге скрипка.
"Циркачи какие": мелькнуло у Дениса в голове, жених радостно хлопал, но осадок от поцелуя его невесты все же остался. Гриша пил вино, подливая в пустой стакан Дениса.
Трио "Хайтарак" припрыгивало на месте, напоминая горных козлов. Прыжки их становились все выше и выше.
-Хай, - крикнул первый прыгун.
- Та,- вторил ему второй.
- Рак!- кричал третий
Мужчины принялись что есть сил скакать по всему двору, набрав наибольшую силу они уже касались своими шляпами навеса.
- Можно? - спросил усатый участник трио, скача по двору из стороны в сторону.
- Можно! - закричал отец невесты , дядя Радик.
Участники трио одновременно оттолкнувшись от пола устремились вверх и пробив навес, улетели в воздух. Денис ждал когда они вернуться на землю, но возвращения прыгунов все не было. В навесе на память о трио "Хайтарак" остались три дырки.
- Это было трио "Хайтарак", - сказал басом Рамо Епанько, - давайте дальше плясать! Танцуют все! Невеста, жених, выходите.
Загорийцы вновь вывалили на середину двора и под музыку принялись выплясывать. Солнце в трех местах пробивалось на танцплощадку.
- А куда они делись? - спрашивал Артем у танцующей Зарины.
- Прощальный эффект, традиционное творчество, с ними все в порядке, не переживай, - отвечала невеста.
Началось какое-то безумие! Пьяные гости раздевались и плясали по пояс голыми. Пригоршнями брали в руки салаты и фрукты и кидались ими друг в друга. Пьяный Ваня Лоэтару поскользнулся на луже заговоренных помоев и упал на спину, тараща в небо глаза без фокуса. Один загориец в синей рубашке снял с себя загнутую туфлю и налил в нее красное вино, с этой туфлей он приставал ко всем, чтобы пили "за здоровье молодых". Человек пять танцевало на столе, переворачивая посуду. Ваню Лоэтару подняли из помоев и он, приплясывая, схватил деда Петю, не устоял на ногах и рухнул уже вместе с ним на землю. К танцующему Денису подбежали двое гостей и, запрокинув его назад, принялись вливать в него вино прямо из глиняного кувшина. Денис захлебывался, глотал и чуть было не потерял сознание, вмешалась невеста и жениха отпустили. Костюмчик был изрядно залит вином. Опьяневший в миг Денис уселся за свой стол и принялся ковырять вилкой в эльбрусском салате.
Откуда-то появился загориец с веником в руке и принялся всех танцующих бить им. Гость в синей рубашке продолжал угощать вином из своей туфли. Один из танцующих на столе подвернул ногу, с криком упал вниз и скатился со стола. Красная длинная скатерть скрыла его муки. Четверо продолжали приплясывать.
Артём в кругу загорийцев пил из туфли и расстегнул до низу белую рубашку. Он давно так не упивался. Что за народ эти загорийцы! Чудаки и весельчаки. Невеста стояла в стороне и о чем-то говорила с мамой.
Трое гостей подняли деда Петю и начали подбрасывать его к потолку. Дед еле ворочал языком. Один толстый барон сидел за столом и кушал ножку барана. Губы его блестели от жира. Солнце клонилось к закату. Начинался вечер.
- Скоро будет горячая свининка!- объявил в микрофон барон Рамо.
В бешенном ритме бил барабан, дудки, свирели и скрипки играли загорийские народные мелодии. Царили кураж и всеобщее веселье. Кто-то из гостей достал оружие и раздались три выстрела в воздух. Вновь пальба. У гостей оказался целый арсенал. Свист и крики. Денис пил сок, стараясь чуть протрезветь. Отошел в уборную. Полегчало.
Под навесом на высоких торшерах были расставлены по периметру длинные свечи. Дядя Радик зажег каждую, придав вечеру элементы таинственности и интима. Загорийцы вновь расселись по местам, прибрав разбитую посуду и осколки стаканов. Принесли новую. Вновь пили и закусывали. Когда из туалета вернулся Денис, он застал гостей за распеванием песни:
Загэйом мэ ко рома
Ко рома ко барвалэ
Е рома е барвалэ
Чашка чаю на чутэ
Е рома е барвалэ
Чашка чаю на чутэ
За столиком молодых рядом с невестой сидел пьяненький Гриша и вовсю что-то рассказывал Сальме. Та, время от времени посмеивалась. Денис сел за стол и обнял невесту.
- Ох! Что-то я уже устал немного.
- Потерпи, уже свечи зажгли.
- Традиция тоже?
- Да, вечерняя свадьба, под свечами, это же очень романтично, песня наша старинная, нравится?
- Очень! - воскликнул Денис и откусил бутерброд с красной икрой, - очень трогательная песня, только слов не понять. А Григорий мой нашел общий язык с Сальмой, заметила?
