Пришельцев написал записку и положил ее в пепельницу, Семен мгновенно произвел замену, а через некоторое время вышел за женщиной в вестибюль. Все трое внимательно следили за входом.
– Лавр Павлович, не лорнируйте даму, сейчас она будет искать автора, – широко улыбнувшись, сказал Пришельцев.
Ирина на мгновение остановилась и быстрым взглядом окинула зал. Встретившись взглядом с двумя респектабельными мужчинами, сидевшими в дальнем углу, она поправила прическу и три раза повела головой в разные стороны, как будто оглядываясь.
– Ну, вот… господин Синицын может спать спокойно. Во всяком случае сегодня он сохранит репутацию примерного семьянина. Видите тех двоих? Это ее напарники, судя по возрасту, возмущенные братья. Она дала им сигнал отбоя.
– Коты98? – блеснул знанием сленга Викентий.
– Ну, что вы господа, право слово! Ирина свет Кирилловна– ни какая-нибудь желтобилетница99 с Нового рынка. Это дама высшего света, хотя не исключено, что с кем-то из них у нее отношения.
– Что вы написали в записке? – заикаясь от волнения, спросил Лавр.
– Весьма лаконично и доходчиво! «Милейшая госпожа Богословская! Убедительно прошу оградить моего друга, г-на Синицына от ваших спутников. Продолжить приятное времяпровождение при обоюдном согласии не возбраняется. С уважением и преисполненный к вам почтения. И неразборчивая подпись». Напиши я записку с применением уголовного жаргона, – добавил он, – они начали бы искать, кто им помешал, по принципу «Мы первые подсекли этого карася», а так … чем непонятнее, тем в данной ситуации весомее. Она посчитала, что на него имеют виды преступники более высокого полета. Тем более я специально назвал ее настоящим именем и дал понять, что ее знаю. Пусть поломает голову!
– А откуда вы знаете официанта? – спросил Викентий.
– Здесь все ещё проще. Полгода назад, сажая в экипаж подвыпившего клиента, Сеня слямзил у него серебряный портсигар. Приехав домой и обнаружив пропажу, тот прибежал в полицию, на его счастье там находился я. Приехав с ним к ресторану, оставил его в экипаже, а сам вызвал Семена, показал через окно его жертву и сказал: «Или возвращаешь ворованное и остаемся друзьями или приглашаю его, делаю обыск … дальше сам знаешь». Семен отдал краденое, а на следующий день я вызвал его себе. После короткой, но теплой беседы я предложил ему сотрудничество, и он согласился. Конечно, скрыл преступление, но приобрел ценнейшего информатора.
– Вы очень уважительно разговаривали с ним, – заметил Лавр.
– Лавр Павлович, это азы работы с агентурой. Чем больше проявляешь к нему уважения, тем больше от него отдача. При таком отношении он чувствует себя незаменимым винтиком сыскной машины и зачастую даже забывает о вознаграждении.
– Александр Петрович, в коридоре городовой ожидает, сюда входить я не посоветовал, сказал, что сам вас приглашу, – сказал незаметно появившийся Семен.
– Спасибо, Семен Васильич. Сей секунд выйду, – и, повернувшись к друзьям сказал: – Одну секунду, господа, сейчас вернусь.
Когда он вышел, Лавр восхищенно произнес:
– Ну, как тебе?
– Так же, как и тебе. Здорово! – ответил Викентий, наполняя рюмки. – Сейчас он вернется и выпьем!
Пришельцев вернулся быстро. Едва взглянув на него, они почувствовали что-то неладное.
– Прошу простить, господа, но вынужден вас покинуть. Убедительно прошу продолжить вечер, Семен переправит мне счет, – и предупреждая возмущение, добавил: – У нас есть неподотчет на опернужды, хоть это и против правил, но вы – гости, и приятные во всех отношениях люди. Мне хочется, чтоб вы хорошо отдохнули и не портили себе вечер.
– А что, собственно, произошло? – спросил Викентий Павлович.
– Убиты лавочник и работник. Туда выехал помощник полицмейстера Журавель100, опытнейший сотрудник, но мое присутствие, как начальника сыскного, там необходимо. Честь имею откланяться, – сказал он и вдруг увидел умоляющий взгляд станового пристава.
– А хотите, поехали вместе, может быть, поучимся друг у друга, – вдруг неожиданно для самого себя сказал Пришельцев.
Лавр Павлович зарделся, как гимназистка, впервые взявшая в руки анатомический атлас, и с придыханием произнес: – Конечно, хочу!
– Тогда стременную, а то уже налито, и вперед! – сказал Пришельцев и, подозвав Семена, сказал: – счет завтра к обеду пришлешь в сыскное.
Когда они выходили, Лавр краем глаза заметил Ирину Кирилловну, печально ковыряющую ложечкой светло-зеленую массу. – Наверное, это и есть тот самый «шарлот-гляссе», которое я так и не попробовал,– мимолетно подумал он.
***
У пролетки стоял городовой, который, увидев Александра Петровича, взял под козырек. Кивнув в ответ, он поинтересовался:
– Ехать далеко?
– Никак нет, вашвысбродь, по Гоголевской до Базовской, там второй дом от угла.
Несмотря на драматичность ситуации и возбуждение, Лавра не покидала мысль, как Митрич узнал, что его фамилия отсутствует в розыскном формуляре и почему он безбоязненно появился в станице?
Он стоил невероятные версии, но предположить, что было на самом деле, конечно, не мог.
