Что будет, если собрать вместе незадачливого бизнес-афериста, аутиста с гениальными способностями, строгого майора предпенсионного возраста, цепкого на детали корреспондента и скандального модного художника, найти подход к которому может далеко не каждый?Получится остроумная история, действие которой происходит в галерее современного искусства «Артекториум». Главный экспонат ближайшей выставки — нашумевшая картина «Экзопулус», к которой приковано всеобщее внимание, хотя и не все могут объяснить, что же на ней нарисовано. Но когда же все настолько пошло не по плану?Ироничная современная комедия положений и тонкий юмор вместе с уникальным стилем и необычными героями открывают серию удивительных приключений Макса и Фени.
Неуместные ситуации случаются. Даже вечером в пятницу. Если описать ее кратко, Макс и Феня сидели в отделении полиции после того, как подвыпивший охранник нашел их на складе кормов для ежей. На часах было уже полдевятого вечера, неудавшиеся исследователи кормопроизводства устало сидели на стареньких стульях, а напротив них, за тяжелым столом советского времени, сидел сержант Потапов. Василий Петрович сдерживался из последних сил, стараясь не думать о горячем сытном ужине, который дожидался его дома, и пытался сконцентрироваться на допросе, которому он был, мягко говоря, не рад. Но иногда бывают разговоры, которые не задаются с самого начала. Это был именно такой случай.
Потапов, в который раз бросив грустный взгляд на часы, сжал руку в кулак и медленно произнес:
— Последний раз спрашиваю, что вы двое там делали?
— Говорю же, мы немного заблудились… — немного устало пробормотал Макс.
— В три часа ночи, на полузаброшенных складах, в полях… да там собаки даже не бегают!
— Вот видите, как заблудились, очень-очень сильно… Вечер, закат, красивый пейзаж. Гуляем с Феней, гуляем, беседуем о прекрасном, философствуем… А тут склад… одинокий фонарь… гостеприимно распахнутые двери… И вдруг посетила нас одна увлекательная мысль: почему бы не зайти? Сугубо ради интереса… И мы зашли, а там много-много коробок с кормами. А корма там для ежей, представляете? Такая редкость… И вообще, зачем мы об этом говорим? Столько прекрасного в мире… Люди, планеты, моря, океаны, птицы, рыбы, хомячки. Великолепные темы для дискуссии, а вы про это не хотите говорить почему-то… — задумчиво протянул Макс. — А ведь она должна жить в сердце каждого человека, разве у вас она не живет?
— Кто?
— Любовь к природе.
— Да сколько можно бреда этого! — Потапов стукнул кулаком по столу. — Все, сейчас отправитесь куда надо, сразу заговорите оба!
— Я бы не отказался скататься на Мальту, — Макс мизинцем почесал кончик брови, — хотя в Барселону тоже ничего.
— Чего?
— Если отправляться куда надо, то мне надо именно туда. И ему, — Макс указал пальцем на своего неразговорчивого друга, — он тоже согласен.
Феня медленно кивнул, и Макс решил добавить:
— А вы куда бы хотели поехать, Василий Петрович?
Василий Петрович обхватил голову руками, из последних сил пытаясь сдержаться и не запустить в надоедливую физиономию, сидящую супротив, чем-нибудь тяжелым — эта мысль настойчиво не покидала его последние полтора часа.
— Это же предел, предел… — Потапов раздраженно потер раскрасневшийся нос и попытался, по совету жены, представить что-нибудь приятное и успокаивающее, однако в мечтах ничего, окромя тарелки горячего борща, не появлялось. Потапова охватило отчаяние. «Пора прекращать», — решил Василий Петрович, после чего, резко откинувшись в кресле и кое-как собравшись с мыслями, заявил:
— Так, всё: незаконный взлом и проникновение на частную собственность, подозрение в совершении кражи, неуважительное отношение к правоохранительным органам.… Протокол о задержании на сорок восемь часов, — и удовлетворенно добавил: — И это только начало.
— Слушайте, — Макс немного наклонился вперед, — нам же всем здесь не особо нравится, давайте мы просто разойдемся мирно.
— Указывать мне решил? — взвился Потапов.
— Нет, что вы, я просто оптимизирую ситуацию. Признайтесь самому себе — вы же хотите домой, не так ли? А на этом складе ничего интересного нет, кроме мучного хрущака, который особо никому не нужен. И разве это интересная и увлекательная тема для джентльменов в такой приятный летний вечер? Тем более, я в этом не эксперт. Да и вы, наверное, тоже, позволю себе предположить.
— Что?!
— Не стоит нервничать, Василий Петрович, мы же вас очень понимаем — трудный день, работа сложная, нервная, накопилось к концу недели, с кем не бывает. Пятница, поздно, обидно, что все уже дома, довольные, с бутылкой пива на диване разлеглись… а вы тут с нами возитесь… и вы устали, хотите есть, спать, ну и все остальное, — Макс не смог сдержать проскользнувшую улыбку, заметив немного смягчившийся и посоловевший взгляд Потапова. — Вы же еле сдерживаетесь, ну а мы бы не хотели попасть под горячую руку. Надо признать, так бывает иногда. Накопится, не сдержится и…
— Клапан может сорвать, — медленно проговорил до сих пор молчавший Феня, — у меня так у бати на даче один раз клапан сорвало в канализации, так все залило, не знали, как расчистить потом все…
И у Потапова сорвало. За свои последние шестнадцать лет работы он не помнил, когда поток гнева был настолько необузданным. Потапов просто не мог остановиться, из глубин памяти всплывали новые и новые ругательства, старые обиды, невысказанные слова. Василий Петрович перешел на крик и не мог остановиться.
— Что здесь происходит, я не понял? — раздался хриплый бас за спиной. — Сержант Потапов! Сержант Потапов, прекратить немедленно, я сказал!
Безумный вопль оборвался на полуфразе, и Потапов медленно начал приподниматься за столом, еле выдавив из себя:
— Товарищ майор! Панфил Панфилович!
