Так и прошло трое суток – в суматошной работе с беспилотниками, в погружениях в сферу «мультипортала» (Копуну каким-то чудом удалось создать проход в сферу сквозь капсулирующее поле) и в беседах-спорах, создающих весёлую атмосферу земных ток-баттлов.
Кто-то плюхнулся на траву рядом.
Дарислав лениво открыл глаза. Это была Диана в красивом купальнике и чудесной цветной рубашке, не скрывающей фигуру женщины.
– Купалась?
– Нет.
– Пойдёшь?
– Позже. Решил позагорать?
– Вспоминал, что мы пережили.
Она положила голову ему на плечо.
– Иногда мне хочется проснуться… ведь тревоги наши не кончились.
– Не думай об этом. Как говорил один шутник: не всё потеряно, ещё терять и терять.
– Очень смешно.
– Он прав.
Помолчали.
– Когда полетим домой?
– Всеволод сделал таинственную мину и решил удивить всех, объявив о встрече, вот после неё и полетим.
– Где соберёмся? Здесь, у Копуна?
– Кто где. Мы с тобой останемся, остальные как решат.
– Что задумал Всеволод?
– Мне он не признался.
– Может, Копун в курсе?
– Не будем торопить события, всё скоро выяснится, час всего остался до рандеву.
– Тогда я иду купаться и приведу себя в порядок, а то вся растрёпанная, как ведьма.
Дарислав засмеялся, привлёк женщину к себе, поцеловал.
– Ты и растрёпанная краше всех на свете.
– Не подлизывайся. – Диана вскочила и побежала к воде.
Тогда и он поспешил следом.
Речная вода взбодрила…
Предположение Дарислава о формате совещания оказалось верным.
Шапиро не согласился «менять квартиру» Копуна и переходить на борт фрегата, о чём и сообщил по интерсвязи. С ним в зоне отдыха Копуна остались все, кто там жил последние дни. Не захотели покидать насиженные места на кораблях и члены научных групп. Во-первых, не желая рисковать при пересадке, а во-вторых, не принимая заявления «иновселенского» физика всерьёз.
Всеволод не обиделся, а может, просто не обратил на это внимания, узнав о решении коллег. Когда подошёл назначенный им час, он оглядел аудиторию: четверых соседей – Диану с Дариславом, Шмелёва и Весенина, лица сидящих в кают-компаниях «Великолепного» и «Салюта» специалистов, видимых в общем виоме помещения, – и, кивнув Диане, молча поприветствовавшей его поднятой ладонью, заговорил:
– Позвольте сначала извиниться за то, что отрываю вас от важных дел. Но накопилось несколько проблем, которые мне хотелось бы с вами обсудить. Прошу терпеливо выслушать меня, потому что я буду говорить о вещах, о которых у каждого из вас сложилось личное мнение.
Дарислав, сидевший рядом с Дианой, обменялся с ней озабоченным взглядом. Показалось, что Всеволод как-то резко изменился внутри себя, сбросив маску, которую носил, и в нём вдруг ожил совсем другой человек, знающий гораздо больше любого из присутствующих. Такая же мысль пришла в голову и Диане, судя по тревожному блеску в её глазах. Но вслух высказывать свои опасения она не решилась, прижав палец к губам.
Внезапно в палатку вошёл гость, которого не ждали. Все привыкли, что он всегда незримо присутствует в своих владениях.
– Извините, можно присоединиться к уважаемой компании? – сказал Копун, так и оставаясь в образе мальчишки в джинсах. Его мальчишеский вид уже не вызывал у космолётчиков прежних сомнений в возможностях «юноши», и Вестник решил его не менять.
– Да, конечно, – кивнул Шапиро.
Копун сел напротив Дианы.
– Продолжим, – сказал физик после паузы. – Я долго анализировал всю нынешнюю ситуацию и понял одну вещь: мы, человечество, представляем собой обезьяну с гранатой. Ничтоже сумняшеся овладев технологиями искусственного интеллекта и мгновенного транспорта, мы ринулись в космос и внезапно наткнулись на два разных формата поведения других цивилизаций. Одни нас просто в упор не видят, игнорируют, как траву под ногами, другие внезапно загорелись ненавистью и вознамерились нас уничтожить. Заинтересованных в общении товарищей я ещё не встречал, почему и хочу объяснить этот парадокс.
– Надеюсь, это ваше частное мнение, – хмыкнул Весенин.
– Разумеется, – спокойно сказал Шапиро. – Хотя оно и основано на большом опыте наблюдений.
Весенин открыл было рот, чтобы продолжить в том же духе, но Дарислав остановил его, наклонясь к физику и прошептав на ухо:
– Ещё одно слово, дружище, и я выведу вас отсюда.
Глаза астрофизика стали круглыми, он ошеломлённо посмотрел на руководителя экспедиции, понял, что тот не шутит, и замолчал, неприязненно поджав губы.
– Об искинах и преимуществах их служения людям говорить не буду, – продолжил Шапиро. – Это отдельная важная тема, хотя и очень спорная, потому что человечество постепенно превращается в единый компьютерно-цифровой субстрат, в тот самый коллективный мыслящий организм, где каждый человек уже близок к тому, чтобы стать отдельным нервным узелком, отдельным нейроном этого гигантского организма.
– Да кто вы такой, чтобы судить об этом?! – не выдержал Весенин, забыв о предупреждении Дарислава. – Наместник Бога?! Или, может быть, эмиссар вашего пресловутого За-Разума?!
Шапиро снисходительно улыбнулся:
