Полицейский Джек берётся за новое дело. Маньяк, прячущийся в дожде, забирает жизнь у самых красивых женщин, облачая их после смерти в красный бархат. Никаких свидетелей, никаких зацепок… Только дождь, Джек и убийца.
Солнечные лучи преломлялись сквозь мелкие капли дождя, скользящие по стеклу панорамного окна, и радугой распадались на паркете. Свинцовые тучи клубились и пытались затянуть прореху, дабы город снова попал под их власть. Джек повернул голову и посмотрел на широкую постель. Красный бархат едва прикрывал обнажённое тело женщины, она словно бы спала, откинув голову на подушки и прикрыв правой рукой глаза. Красивые, стройные ноги, тонкие щиколотки и острые коленки, белоснежные бёдра, треугольник каштановых завитушек и плоский живот. Грудь женщины была прикрыта бархатом, но здесь его цвет был темнее, поскольку пропитался кровью.
Джек ощутил сухость во рту и ладонью растёр шею. Два дня назад он попросил начальника Эдвина Макбрайда перевести его на бумажную работу, тот клятвенно пообещал помочь, но сегодня яростными воплями погнал его на место преступления. Элитный дом в центре города, множество этажей с роскошными квартирами богачей и политиков, и она… кинозвезда Октавия Джонсон.
– Два удара ножом в сердце, – к Джеку подошёл молодой, светловолосый Грант Кинг, парень недавно получил значок детектива, и это было его первым делом. – Какой ужас!
– Что ещё говорят судмедэксперты? – спросил Джек, чувствуя раздражение.
Дождь усилился, и его вкрадчивый шорох стал проникать в квартиру, тревожа последний покой Октавии Джонсон.
– Она не сопротивлялась, скорее всего, снотворное или другие лекарства, но это покажет токсикология после вскрытия.
– Камеры наблюдения?
– Отключены, все плёнки изъяты, – скулы Гранта Кинга окрасились ярким румянцем. – Сосед ничего не слышал. Консьерж сказал, что она вернулась одна, выглядела радостной, поднялась к себе и больше он её не видел.
– А кто ещё заходил в дом? Составил списки?
– Никто, – пожал плечами Гран Кинг.
– А чёрный вход в здание? – раздражение накатило приливной волной, Джек выпятил нижнюю челюсть, стараясь подавить в себе желание выпить.
Весь месяц он исправно посещал собрания анонимных алкоголиков, держал себя в руках, даже помог своему бывшему напарнику Беннету Лонгу выписаться из больницы и торжественно доставил его домой.
– Я же вам сказал, – обиженно промолвил Грант Кинг. – Все камеры были отключены, а плёнки…
– Таинственно исчезли, – закончил за него Джек. – Ладно, начни собирать информацию о её последнем дне и контактах с другими.
– Я и сам знаю свою работу, – огрызнулся парень и отошёл от него.
«Ублюдок! – подумал Джек и приблизился к постели. – Ну, здравствуй, Октавия Джонсон. Расскажешь, кто убил тебя»? Судмедэксперт убрал руку с лица женщины, и её лицо озарила фотовспышка. Платиновые кудри, чувственные алые губы, фарфоровая кожа – Октавия даже после смерти оставалась настоящей звездой. Джек наклонился и уловил аромат лаванды.
– Её тело вымыли прежде, чем уложить на постель?
– Да, – утвердительно кивнул судмедэксперт. – Джек, у меня от тебя мурашки по коже.
– Долго ещё? – поинтересовался он.
– Пять минут, и мы её забираем, – ответил мужчина.
Джек отошёл к окну, завтра будут чёткие фотоснимки всей квартиры и самой Октавии, а ему сейчас надо дождаться, когда все уйдут, чтобы попытаться поймать последние минуты жизни кинозвезды. Он это умел делать. Джек обладал потрясающим нюхом на убийц, но однажды это его сильно подвело. Он помассировал переносицу и посмотрел на город, раскинувшийся за окном. Дождь был похож на серебряный туман, упавший с небес, он искажал пропорции домов и заставлял прохожих прятаться под зонтами. Джек услышал, как зашуршала молния на чёрном мешке, в который собирались упрятать тело кинозвезды.
«Он её любил, – Джек засунул руку в карман и сжал пачку, в которой осталась всего одна сигарета. – Убил, смыл первую кровь, уложил на постель и накрыл красным бархатом. Она не сопротивлялась, значит, хорошо знала его и не ожидала нападения. И если верить словам консьержа, то была счастлива в последние часы жизни. Что заставило его это сделать? Что толкнуло на последний шаг»? Шаги стихли, и Джек обернулся, голый матрас с пятном крови, пустая комната и фотографии на стенах Октавии с ослепительной улыбкой. Он вернулся к постели и присел на самый край. Дорогие духи ещё витали в воздухе, но скоро они рассеются, как жизнь Октавии Джонсон. Джек смутно помнил, как видел её в каком-то фильме, но, кажется, тогда он был сильно пьян.
Чутьё детектива подсказывало, что это дело надо бросить, чтобы сохранить рассудок. И лучше бы Джеку не ввязываться в очередную авантюру, если он не хочет потерять последних друзей. А ещё он обещал отвести в парк развлечений маленькую Хоуп Дэй, дочку погибшего напарника. Скорее всего, быстро выяснится, что Октавию убил либо любовник, либо обезумевший почитатель её творчества. «Камеры наблюдения, – услужливо напомнил внутренний голос. – Кто-то постарался замести следы. Кто-то вышел на охоту. Кто-то убьёт снова»!
