Семнадцатилетний Йона – настоящий вундеркинд. Когда он появляется в студенческом городке, он не нравится всем – от семьи, с которой он вынужден жить, до молодых студентов, с которыми он учится. Но у него есть свое орудие против них всех – самодельный дрон, объектом преследования которого может стать любой. Но вскоре Йона узнает, что жизнь маленького городка отнюдь не спокойна – здесь царят предательство, власть, насилие и деньги, – и он сам может пасть жертвой своего любопытства…
Сделав рывок, поезд остановился. Складывалось впечатление, что машинист с б'oльшим удовольствием проскочил бы станцию Ротенхайм, но в последний момент все же поборол свое желание и нажал на тормоза.
Серость. Абсолютная серость. Серые улицы, серые дома, серая погода. Фотографии в глянцевом буклете, присланном ему вместе с приглашением из частного университета им. Виктора Франца, выглядели более многообещающими.
Йона накинул на плечи свой рюкзак и покинул поезд. Прямиком под моросящий дождь.
Семью Хельмрайх он нигде не увидел. Ну что ж, понятно. Если поезд пришел вовремя, то отсутствие семьи, которая должна была приютить его на некоторое время, можно было объяснить только их опозданием. Все остальное не вписывалось в общую картину и уж точно не в жизнь Йоны.
Вздохнув, он направился к зданию вокзала, выискивая глазами лица обоих Хельмрайхов, профили которых он просматривал на Фейсбуке перед поездкой. Сильвия и Мартин. Вполне вероятно, что сегодня, выглянув утром из окна и увидев мир в серых красках, в приступе депрессии они решили раньше времени покинуть этот мир.
– Разумное решение, – пробормотал Йона, пытаясь укрыться под козырьком вокзальной крыши от дождя, усиливающегося с каждой секундой. Прошло пять минут. Затем десять. Йона был в негодовании. Наконец он вытащил из кармана брюк свой телефон.
Сильвия Хельмрайх. Он набрал сохраненный перед поездкой номер и прислушался к гудкам. Три, четыре… Затем включился автоответчик.
Высокий голос прозвучал так навязчиво радостно, что Йона, пожелавший вначале оставить о себе хорошее впечатление, немедленно выкинул все свои намерения за борт.
Еще до того, как отключиться, Йона знал, что сделал глупость. Особенно глупо прозвучало про шопинг и педикюр – на это можно и обидеться. А что, если ее сбил автомобиль…
Он покачал головой, как бы упрекая сам себя. В который раз он не мог понять, как его разум, благодаря которому он в 17 лет получил полную стипендию в элитном университете, постоянно подводит его в простых жизненных ситуациях.
Он продолжал держать телефон, придумывая пару убедительно звучащих извинений и ожидая сердитого звонка Сильвии Хельмрайх.
Хотя… особого желания разговаривать с ней у него не было. Вот ответная реакция другого рода пришлась бы ему больше по душе. Йона вздохнул. Почему он сразу не подумал о том, чтобы включить Сильвию в свою коллекцию?
Он снова набрал ее номер, теперь уже в специальном приложении, и написал ей сообщение:
Не прошло и двух минут, как его смартфон просигналил ему о том, что поступило новое эсэмэс:
Она ответила. Йона довольно усмехнулся про себя. Теперь она принадлежала ему. Конечно, она была бы рада с ним познакомиться. Но уж он-то сделал бы это гораздо лучше.
