В моём расплывчатом садуКоты играют в чехардуМедведь-коала призван наблюдатьТуман над взлётной полосойПропитан мёдом и росой,Но всё равно придётся улетатьУ самолёта два крылаТы ничего не сбереглаНам не бродить в полях, разрезанных комбайномПолей принципиально нетМы запечатали в конвертИ отправляем в неизбежность нашу тайнуМой курс как прежде на закатЛетят навстречу сто ГекатЯ сильно пьян. Мне снова не найти штурвалаТы говорила: фейерверкНо мишки сдохли. Свет померкМы были просто отголоском карнавалаГлоток. В ушах играет skaВ иллюминаторах тоскаМне надоело быть пилотом самолётаНо слышен шорох переменЯ приземляюсь. Город N,Где в каждом доме просто Адская заботаТак. Что я вижу? Южный КрестТемно. В гостиницах нет местКругом валяются сердца и их осколкиИду. Погоня за спинойТот переулок сторонойЗдесь на прохожих нападают мышеловки.Какой, однако, городок!В метро на выходе – сурокНа тонких уровнях кусает росомахаСюда я больше ни ногойПоеду в городок другойГде мой билет до станции Омаха?И прямо с экранаСлёзы Чёрного Тигра проступают сквозь титрыСнежные зебры нежности падают внизБыл хеппи-энд? Да вот он, yes.Я повстречал её и здесьУ главпочтамта за трубою водосточнойУ нас всё общее – и тень,И жизнь длиною в целый деньИ в этой жизни всё красиво и непрочноИ каждую секунду…Слёзы Чёрного Тигра проступают сквозь титрыСнежные зебры нежности падают вниз.Июль 2002<p>Чайная плантация</p>
