Сняв «Ключ от спальни», Рязанов — уже не впервые — поспешил примириться с мыслью о том, что он сделал свой последний фильм. Но чем же он собирался заниматься дальше? У Эльдара Александровича все было продумано: он с начала века утвердился в желании закончить жизнь и карьеру в качестве заведующего киноклубом.
С предложением организовать такое учреждение режиссер обратился к Юрию Лужкову, что возымело свое действие. Вскоре правительство Москвы издало распоряжение о передаче бывшего кинотеатра «Казахстан» (Ленинский проспект, 105) киноклубу.
25 января 2005 года состоялось торжественное открытие киноклуба «Эльдар», ныне известного каждому жителю столицы и многим гражданам прочих городов России — как минимум тем, кто смотрит канал «Культура». С того самого 2005 года на «пятой кнопке» стали регулярно выходить передачи под рубрикой «В гостях у Эльдара Рязанова» — концерты, юбилеи, творческие вечера, проходящие на сцене клуба. Художественным руководителем «Эльдара» (ныне заведение именуется киноклубом-музеем) изначально был Рязанов, сегодня его обязанности исполняет Эмма Валериановна Абайдуллина, при жизни мужа числившаяся заместителем худрука.
Так вышло, что к моменту открытия клуба Рязанов уже вплотную готовился к постановке новой картины — «Андерсен. Жизнь без любви».
Замысел фильма о великом датском сказочнике Хансе Кристиане Андерсене (1805–1875) возник у Рязанова еще в 1980-х годах. На главную роль, по мысли режиссера, идеально подошел бы Иннокентий Смоктуновский. Обсуждая возможность написания биографического сценария, Рязанов и Брагинский даже подыскали для него название — «Счастливый неудачник» (видно, с одноименной повестью ленинградского прозаика Вадима Шефнера соавторы были незнакомы). Однако дальше приблизительных прикидок дело не пошло.
К этой задумке Эльдар Александрович вернулся, можно сказать, неожиданно для себя самого. В конце 2002 года Рязанов, по случаю своего 75-летия, был приглашен в Кремль на встречу с Владимиром Путиным.
Встретились — поговорили. В конце беседы Путин задал вроде бы ожидаемый вопрос:
— Какие у вас творческие планы, Эльдар Александрович? О чем будет следующий фильм?
Однако Рязанова эти вопросы застали врасплох — ведь режиссер почти свыкся с мыслью о том, что «Ключ от спальни» станет его последней работой в кино. Но признаться президенту в том, что он уже поставил крест на деле своей жизни, показалось кинематографисту немыслимым. Эльдар Александрович окинул мгновенным мысленным взором историю своих неосуществленных замыслов — и сказал о первом, который вспомнился:
— Да вот… знаете… хотел бы поставить картину о жизни Ханса Кристиана Андерсена…
(А ведь мог бы вспомнить о «Мастере и Маргарите»!)
— Гм, — произнес Путин. — Ну что ж, прекрасная идея, обращайтесь — поможем реализовать.
На том и попрощались.
Об этом разговоре Рязанов в первую очередь рассказал Леониду Бицу — продюсеру четырех последних его фильмов.
— Поддержка обещана — значит, надо снимать, — убежденно сказал Биц.
Поразмыслив, Эльдар Александрович согласился, что отступать действительно глупо. Жребий брошен: двадцать пятому фильму — быть!
Обложившись книгами Андерсена и про Андерсена, Рязанов приступил к написанию сценария. Дело не клеилось. Ощутимо не хватало Эмиля Брагинского, а еще больше, пожалуй, Григория Горина, который умел работать с подобным материалом как никто другой.
В конце концов Рязанов сделал «предложение, от которого невозможно отказаться» Ираклию Квирикадзе — режиссеру и сценаристу, чьи работы всегда высоко ценил.
Близко знакомы они к тому моменту не были. Позже Квирикадзе признавался: «…предложение Эльдара застало меня врасплох. Но я согласился и прочел несколько книжек про жизнь Андерсена. Не книжек даже, книжонок — в них было много патоки и елейности, но совсем не угадывался человек. Читать их было решительно неинтересно. Потом я добрался до „Сказки моей жизни“ самого Андерсена, написанной в тех же конфетно-мармеладных тонах. Может, просто эпоха была такая? И в ходу были только сентиментально-романтические биографии?..
Прочитал я все это и призадумался: „Что же тут можно выуживать? Сказки сказками, но фильм-то на чем строить?“ Эльдар тоже был в растерянности. Начали читать по второму кругу. Чувство разочарования лишь усиливалось, но мы хотя бы определили некую хронологию жизни Андерсена — и стали заполнять сценарное пространство… не то чтобы вымыслом — скажем так, „фантазиями на тему“. Мы пытались представить, а затем и описать ту реальную жизнь, которая просвечивала сквозь всю эту густую биографическую патоку. <…>
