По удаленье Гиад, когда третье засветится утро.680 Порознь будут стоять в Цирке упряжки коней.Но почему в этот день лисиц выпускают, зажегшиФакелы им на хвостах, надобно мне объяснить.Почва Карсеол совсем холодна, для маслин непригодна,Но для посева хлебов очень она хороша.685 Там путешествовал я по родимой земле Пелигнийской,Малой, но вечно сырой из-за дождей проливных.К старому другу я в дом вошел, как бывало обычно,В час, когда распрягал Феб утомленных коней.Многое друг рассказал, как и прежде, и то мне поведал,690 Что пригодиться могло в начатом мною труде.«В этой равнине, — сказал и мне показал на равнину, —Скромно селянка жила с мужем суровым своим.Он обрабатывал там свое поле, работая плугом,Иль искривленным серпом, или двузубой киркой:695 Дом подметала жена, стоявший на крепких подпорках,Да под наседку клала яйца, цыплят выводя,Иль собирала грибы для еды и зеленую мальву.Иль разводила огонь в малом своем очаге;Не покладая рук, она ткала постоянно700 И запасалась всегда теплой одежей к зиме.Был у нее и сынок, по малому возрасту резвый:Ведь миновало ему только двенадцать годков.Раз в ивняке на краю их усадьбы словил он лисицу:Множество птицы она за загородкой крала.705 Пленницу он обмотал кругом соломой и сеномДа и поджег, но лиса вырвалась прямо из рук,И, убежав, заронила огонь на хлебные нивы:Ветер подул и раздул с гибельной силой пожар.Кончилась эта беда, но память о ней сохранилась:710 Ныне в Карсеолах строг вечный запрет на лису;А в искупление жгут в Цереалии чучело лисье,И погибает оно так же, как хлеб погибал».<p>20 апреля</p>Утром, как только взглянуть на земные выйдет просторыАлая Мемнона мать на розоцветных конях,715 Солнце покинет вождя руноносного стада, что предалГеллу, и Солнцу вослед тучные жертвы несут.То ли Тельца славят здесь, то ль Телицу, узнать невозможно:Видно переднюю часть, задняя скрыта от глаз —Будь это знак Тельца или знак Телицы, — однако,720 Как там Юнона ни злись, он знаменует любовь.[462]<p>21 апреля. Парилии</p>
