Через пару дней почтальон принёс короткое письмо от Яны. «Ненадолго уезжаю по семейным делам. Сама тебя найду. Надеюсь, тебе всё удастся».
Ненадолго – это на сколько? Неделя, месяц? Всколыхнулась надежда – Янина дала понять, что у Генрика есть время. Если, как она пишет, всё удастся, они вновь будут вместе! Теперь навсегда. Он попросит руки у родителей девушки. О таком счастье и мечтать страшно!
Витольд, как назло, не торопился. Прислал короткую записку, что дело не может быть решено ранее февраля. Ни слова ободрения. В какую сторону решено? Пшепрашам, пан Иодко, затребованные суммы не могут быть выделены…
[1] Giáo viên – учитель (вьет.)
[2] Не надо жадничать (укр.)
[3] В 2013 году – чуть больше 120 тыс. долларов США.
Глава четырнадцатая
Украина, 2013 год
Как ни парадоксально, издевательская реплика негостеприимного хозяина подземелий помогла. Игорь со злостью вытолкнул остатки воздуха из груди, рванул, обдирая комбинезон и футболку, отвоевал полметра и снова застрял… А затем вывалился на сравнительно широкое место почти без сознания. Вместо темноты пространство перед глазами залило сиреневыми искрами кислородного голодания.
- Вы в порядке?
Мерцание мобильника осветило совершенно иной интерьер по сравнению с КАВС. И без этого понятно, что коридор не тот, по которому проникли к тощему гуру.
- Наверно, когда атомный взрыв готовили, наделали дополнительных путей и створок, - предположил Павел. - Сухо. Интересно, где мы. Не могли попасть сильно выше или ниже квершлага – тот же горизонт. Но здесь нет рельс.
- Зато есть крепы. Значит, строили обычные люди, а не пещерные тролли. И куда-то они вышли. Топаем, Сусанин, мать твою.
А как выберемся, решил Игорь, проплачу заливку раствором ходов-выходов. Пусть прочувствует, крот хренов, за что он сам будет готов отдать «всё».
Для очистки совести вытащил «Самсунг». Естественно, сетки нет. На такой-то глубине – без шансов.
- Тише! Слышите?
Оба замерли. Точно, вдали какой-то шумок, попискивание. Крысы?
- Здесь не бывает крыс, - Павел будто услышал невысказанное опасение. – Жрать им нечего.
- Надеюсь. Короче, Склифосовский. Есть первое правило лабиринта – идти в одну сторону вдоль стены. Рано или поздно… Какая обычно длина тоннелей одной шахты, горняк?
- До тридцати километров.
- Едрёна мать!
- Но это в сумме всех горизонтов. Мы на одном из верхних. Нужно найти какой-то из стволов – вспомогательный, по которому сюда опускались, вентиляционный или основной, он для подъёма угля вверх.
Они соорудили из труб и обломков швеллеров некую горку, отметившую место выхода из щели. Верхушку украсила треснутая горняцкая каска. Если увидят её вторично – значит, прогнали круг. Следуя обычному правилу, мальчики налево, девочки – направо, странная пара двинулась в левый штрек из двух возможных.
Неверный свет крохотного фонарика растворяется в вечной ночи в каких-то нескольких шагах. Разве что помогает видеть каменный пол под ногами, не споткнуться и не провалиться. Неохотно поддаваясь, тьма расступалась впереди и тут же схлопывалась сзади…
Под землёй мертвенная тишина. Если остановиться, где-то слышна капель. Чаще всего – только стук сердец и напряжённое дыхание. Периодически доносился тот же шорох.
Снова подтопленный тоннель. Идти стало гораздо труднее – неизвестно, что спряталось под рыжим ржавым киселём. А самое главное, ни малейшей уверенности, что выбрано правильное направление, и они не удаляются от стволов. Если только подходы к вертикальным полостям не перекрыты тем же коварным мутантом. Эта неопределённость давила сильнее тёмного потолка.
- Красиво, - неожиданно произнёс Павел. – Ещё раз посветите влево.
Короткий и основательно подтопленный отнорок заполнили обрушенные конструкции самого сюрреалистического цвета: фиолетового, сиреневого, жёлтого и зелёного.
- Окислы, наверное, - прокомментировал наследник нескольких поколений шахтёров. – Нас всех готовили забираться вниз, с первого класса водили на экскурсии.
Пол чуть приподнялся, высох, и он, на минуту утеряв бдительность, перестал следовать шаг в шаг за Игорем.
- Чёрт!
Наркевич обернулся на звук падения.
- Извините…
- Стоп! Обо что ты споткнулся?
Тусклое жёлтое пятно выхватило скелет. Павел сдавленно вскрикнул, увидев длинный оскаленный череп.
Игорь присел.
- Я, конечно, не зоолог. Думаю, крыс такого размера не бывает. По-моему, это собака, - он повёл фонариком вокруг. – А вот обглодали её точно крысы. Видишь? Около места пиршества крысиное дерьмо. И оно не высохло в труху.
- Хотите сказать, что собаку жрали недавно?
- Ну, не при дедушке Брежневе.
- Я боюсь крыс!
- Зашибись. Напомню: спуститься сюда – твоя инициатива. И ты обещал, что мы поднимемся наверх обдумать условия.
- Но вы нагрубили ему!
- Жаль, что вообще не пришиб нахрен. Двигаем.
Штрекам нет конца. Ослабел свет фонаря. Игорь начал экономить – включать на пару секунд, потом проходить в темноте рассмотренный участок. И они наткнулись на второй труп. На этот раз – человеческий.
- Может, это шахтёр?
