— И стойте, будьте так добры, около входа. Ваш хозяин обнажил меч, напал на нас с оскорблениями, теперь его жизнь в наших руках. А, если вы будете ломиться дальше и размахивать оружием, то и ваша тоже! Жалеть никого не станем! Предупреждаю один раз!
Дружинники молодого норра выглядят опытными воинами, но уже совсем-совсем немолоды и не так горячи, понимая полную неправоту своего хозяина. Поэтому его слуги гораздо больше суетятся, не решаясь все же пересечь незримую черту, предупредительно установленную мной острием копья.
— Деньгами мы не богаты в данный момент, уважаемый воин. Совсем не богаты. Придется ждать помощи от родных норра, — ответил неуверенно второй слуга.
Это тоже подходит мне, чтобы дворянин оказался нашим пленником, но соглашаться на какое-то многомесячное ожидание выкупа я не собираюсь. Тем более, что нам, не благородным мужам самим по себе, никто его не заплатит, а родные нашего пленника пришлют сюда часть своей дружины, чтобы полностью рассчитаться по долгам балбеса, как назвал его Терек.
— Балбес-балбес, а мечом ловко машет. Не сладил бы я с ним без ран, — признается нехотя наемник.
Ну, как мне показалось, шансов у него с отлично обученным мечу дворянином вообще не имелось, но это уже не так важно, когда есть умения.
Дворяне — однозначно лучшие бойцы в этом мире средневековья, учатся прямо с раннего детства с лучшими учителями военному искусству. Наемники тоже неплохие бойцы, но благородному сословию один на один явно уступают.
— Нет, ждать выкуп мы не имеем возможности и вообще не собираемся! Раз у вас нет денег на выкуп, то наши условия меняются! Теперь сама жизнь, броня и оружие вашего хозяина стали уже нашими, а так же его конь и все, что на нем. Он бросил вызов нашему воину, проиграл схватку, от этого мы и станем отталкиваться, — оглашаю я свои условия.
— Но он бросил вызов этому воину, а по шлему его ударили именно вы, это неправильно так поступать в поединке, — гневно замечает один из воинов.
Да, так бы норр раскатал моего товарища и потом занялся мной, его команда оказалась бы в числе победителей, и уже занимала нагретый дом.
Тут мы в голос с Тереком рассмеялись, как раз за нашими спинами выскочили из дома решительно настроенные девушки и продемонстрировали наличие в своих руках мощных луков с уже наложенными стрелами.
— Так оно все и произошло, но извиняться за такое неблагородное поведение мы все же не станем. Ваш хозяин напал без предупреждения, тут уж по правилам дворянской чести никто сражаться не обязан. Мы вообще-то не дворяне и поэтому никому ничего не должны, — смеюсь я. — Взяли вашего хозяина в плен и теперь сами решим, что с ним делать, совсем без чужих советов!
Терек надежно скрутил руки за спиной дворянчику, опять теми же веревками с повозки и теперь держит его, стоя на коленях перед собой. Оба стражника явно раздумывают, влезать им в схватку или подождать, чем закончатся пока мирные переговоры.
— Если вы сами не благородные господа, то вы не имеете права вязать и держать в унизительном положении дворянина, — заявляет мне один из слуг.
— И кто нам это запретит, интересно? — ржет Терек. — Вы, что ли?
Местные жители всей деревней сбежались посмотреть на скандал и теперь разглядывают происходящее с большим удовольствием, особенно коленопреклоненного борзого дворянина. И еще весело все происходящее комментируют, ничуть не стесняясь злобных взглядов благородного пленника.
Он тут же попробовал вскочить на ноги после наших слов, но уже Терек пристукнул ему плашмя мечом по пустой голове без шлема, который успел с него снять. Удар у него получился совсем не такой рассчитанный, как у меня, вспыльчивый бедолага растянулся в луже уже явно на долгое время, потеряв напрочь сознание.
Стражники дворянина было подняли угрожающе копья, изображая возможную защиту своего господина, но тут же их опустили, когда лучницы натянули свои составные луки, а окружившие дом разбойного вида мужики посоветовали им не выступать, а просто сложить оружие.
— Покуда целы!
Я обошел их стороной, прихватил за узду коня молодого норра с парой тюков у седла и завел его во двор.
Все имущество нервного бедолаги по итогам сражения переходит в наши руки, и это очень удачная часть нашей схватки.
Чем больше я смотрю на получившуюся по итогу ситуацию, тем она мне становится все интереснее.
Я уже примерно вижу ее развитие и понимаю, что с моими способностями могу привести ее к нужному финалу. Один только вопрос — насколько привязаны слуги и стражники к молодому норру, это еще пока не известная мне величина.
Решат ли они умереть вместе с ним или не станут вообще переживать по такому откровеннейшему и просто безнадежному мудаку?
Как он дожил до своих двадцати двух — двадцати пяти лет вообще?
Сейчас, если смотреть по их внутреннему отношению и довольно вялой защите своего господина — не очень уж они к нему привязаны. Скорее сильно раздражены и сами заметно стыдятся неадекватных поступков своего хозяина.
