— Так, ваши милости! — обращается самый словоохотливый именно к слугам норра, как более разнообразно одетым:
— Если прямо ехать, — показывает он куда-то в центр королевства, — то четыре дня придется потратить, чтобы добраться до большого города Варбурга на холме.
Ага, это еще недалеко от границы с Вольными Баронствами получится.
— Ежели по светилу катиться, наискосок если, то через шесть дней там еще город поболее стоит, Крумбах на Гляде называется. Глядя — речка при нем, широкая такая.
Это уже в сторону центра королевства выходит.
— А какой город больше по народу? — я хорошо понимаю его речь с сильным местным акцентом и кидаю ему серебряную монету за сведения.
— Да Крумбах же, ваша милость, раза в три больше, — чешет лохматую голову деревенский знаток местной географии.
Мы едем дальше, по рассказу местных до таверны нам ехать до самого вечера, чем мы и занимаемся все оставшееся время дня. Там мы выедем на одну из основных дорог в этом королевстве, ехать станет проще, но и народа всякого мы станем встречать гораздо больше.
К этому времени лучи Ариала просушили все дороги уже до приличного состояния, скорость наша хорошо увеличилась.
Я, то еду на лошадке, то иду пешком, когда с непривычки начинают болеть задница, бедра и спина. Но упорно накатываю пробег под присмотром Терека, хорошо понимая, что дворян, не умеющих отлично ездить на лошади в этом временном промежутке не бывает вообще в природе.
Только инвалиды по рождению или покалеченные в сражении, остальные из седла не вылезают, пока не состарятся.
По пути никого, кроме местных крестьян, не встретили, что вполне понятно, места совсем удаленные от центра королевства и вообще дикие сами по себе. Акцент еще присутствует сильный у местных, Терек с лучницами даже не понимают их время от времени, но мне все нормально доходит. Новички понемногу обживаются в караване, постоянно общаются с одним из слуг, теперь лично управляющим повозкой и посматривают с понятным интересом на смазливых лучниц. Мужики они еще не старые, лет по сорок-сорок пять всем, при своей хорошей жизни в замке не сильно истрепались по здоровью, поэтому бабы им здорово интересны.
Норра как закопали, так всем стало сильно проще общаться и веселиться, видно, что эту печальную тему все уже задвинули подальше. Но и я тоже очень правильно выступил не таким любящим убивать пленников маньяком, раз он сам рванул в побег.
К вечеру добрались до маленькой таверны на перекрестке дорог и остановились там. Денег местных у нас нет, поэтому расплачиваемся гальдскими, которые считают здесь на одну шестую дешевле. От солидного запаса в двести семьдесят золотых монет, которые получилось собрать после двух дней распродаж в Гальде и еще тех пятидесяти с лишними монет, полученных со стражников графского города Жофера, у меня после всех расходов осталось всего две сотни.
Ну, еще около двадцати золотых принесли пояса десятка графской стражи, перебитой в битве при Холме, как мы ее между собой называем, но остальные последующие расходы снова опустили имеющуюся наличность до двух сотен золота.
Ночлег на две комнаты для нас и новичков с хорошим ужином обходится не так дорого в самой таверне на краю обжитого мира. Здесь золотая монета — весьма большие деньги, поэтому тратим всего пару монет на ночлег и еду, еще на уход за лошадьми.
— Дешево очень, за восьмерых людей и восьмерых лошадей, — замечает опытный Терек, — но дальше уже так не поживешь, за такие копейки. Куда теперь путь держим?
— Сейчас соберемся в одном из номеров и переговорим. Вопрос такой, что со всеми обсудить можно, — отвечаю я ему. — У нас Ксита с Фиалой не понимают имперский, стражники не знают местного языка, слуги немного понимают, но и им лучше переводить наши разговоры. Я отлично говорю на всех языках, а ты сам имперский тоже немного понимаешь. Так что все не очень просто выходит, придется мне всем переводить и доводить.
— А зачем нам они на разговоре нужны? Они просто нанятые люди! — кивает на хлопочущих с лошадьми бывших слуг и стражников, довольных на самом деле приближающимся ужином и сном под крышей.
Это уже такое серьезное отличие от их прошлой жизни в явно лучшую сторону.
— Разговор пойдет о знакомых им вещах, в которых мы ничего все вместе не соображаем. Тут без вариантов, — спокойно объясняю я ему смысл общего собрания. — И они должны видеть, что их мнение будет учтено.
Терек, конечно, не понимает моей, слишком развитой для этих времен, демократии, но дело в том, что новые члены нашего сообщества станут играть в скором времени гораздо более важную роль, чем мой товарищ-наемник.
Потом собрал Фиалу и Терека в нашей комнате и занялся перестановкой им своих единиц умений.
Очень здорово, что в этой СИСТЕМЕ их можно обозначить и по одной единице перекинуть в соседнее сознание. Понятно, что таким образом прокачанный Обращенный усиливает поначалу своих подчиненных, а потом забирает у них свое и еще много из заработанного самостоятельно.
С Фиалой все просто, прижался к ее лбу своим и быстро перекинул все, что собрался. Заняло это дело всего пять минут.
