«Так давайте быстрее закончим формальности и вы, наконец, пойдёте в этот Богом и людьми забытый данж. Поймите нас тоже, я вас узнал, но по правилам нельзя игроков вашего уровня запускать в данж без соответствующего пати. Если вы не хотите соблюдать правила, так и шли бы к пакистанцам, они за мзду малую кого хочешь запускают в контролируемые ими точки. Главное, чтобы хоть одна страховка была. Вот и давайте утрясём все вопросы для отчёта и займёмся каждый своими делами», — наконец, он предложил.
«Серьёзно? Если отвечу на ваши дурацкие вопросы, то вы от меня отстанете и пойду крушить местную живность?» — не поверил в искренность его слов.
«Конечно. Только давайте без шуток, типа идёте на встречу с Богом», — заверил он меня.
«Вообще-то, про Бога я не шутил. Правда не факт, что его встречу, и не факт, что он будет таким, как вы его представляете, а вот если в широком понимании этого слова, без конкретных привязок к личностям… Там, возможно всё. Но главное не то, кого там можно встретить, но и то, что не всё, что внутри, враждебно к нам. Мне вот интересно было бы найти действующий звездолёт и притащить его к нам. Но увы, пока мне попадались лишь старые и заброшенные космодромы», — с серьёзной миной ответил ему.
«Космодромы⁈» — изумлённо выдохнули все трое.
«Ну вы чего, прямо как дети, в любые слова готовы поверить. Вот потому меня и рвёт на части, от того с каким вы серьёзным видом задаёт свои бредовые вопросы из списка. Давайте уже перестанем делать вид, что весь этот опрос важный», — посмотрев на них с укором, ответил.
И опять ведь не соврал. Космодром видел только один, а потому множественное число явная езда по ушам.
Ну, слава тебе Господи, наконец-то пропустили в этот подозрительный данж «Мерзкий вонючка». И тут же пожалел о таких своих мыслях. Наверное, лучше бы даже и не входил… В общем, не зря так мурыжили с той стороны. Шаг за порог — и ты в царстве зловония! Стены подземелья, да, это не пещера, покрыты склизкой плесенью всех оттенков зелёного, от нежно-фисташкового до ядовито-болотного. С потолка свисают сталактиты, похожие на сопли простывшего великана. Запах здесь такой, что рефлекторно начинаешь искать у себя подсумок с противогазом, а его как назло и нет.
Это было то самое место, о котором теперь матёрые игроки и болтать-то не любили. Да что там, даже вспоминать, так понимаю. А иначе, никак не объяснить отсутствие описаний и советов по прохождению в сети, в которой всё это есть на любой случай жизни, даже если ты не подозреваешь о существовании таких мест. А тут вот такой облом.
Хуже было то, что надо было сделать шаг, а это противно самому человеческому естеству, если ты не житель какой-нибудь свалки в пригороде Дели и нигде больше на свете и не бывал. Серая почва у самого входа была сплошь усыпана мусором, гниющими останками и непонятного происхождения слизью, которая радушно пузырилась, распространяя вокруг себя жуткий аромат тухлых яиц, протухшей капусты и чего-то более неописуемого, но явно намеревающегося пробраться в мозг и остаться там навсегда. Воздух густой и тяжёлый, словно протухший суп из драконьих потрохов.
В углу примостилась семейка жаб-мутантов размером с хорошую тыкву. Их квакание больше похоже на отрыжку пьяного тролля. Неподалёку копошатся в грязи гигантские слизни, оставляя за собой радужные следы. То тут, то там попадаются грибы-переростки самых причудливых форм и расцветок. Некоторые светятся в полумраке, как новогодние гирлянды на помойке. Другие издают странные звуки — то ли пердят, то ли хихикают. Мама, роди меня обратно. Как меня угораздило сюда забрести? Видел же, нет желающих! Мало того, что сам припёрся, так ещё и преодолел осторожные бюрократические попытки меня отговорить от этой роковой затеи.
«Бог, ты здесь?» — крикнул вдаль, поскольку идти в это место не было никакого желания.
И было бы странно, ели бы это было не так. Ещё даже не вошёл вовнутрь, так сказать, а под ногами чавкает ковёр из гнилых листьев и прочей органики, издающий звук, будто кто-то с удовольствием рыгает.
«Нет!» — прилетело в ответ эхо.
«Не, ну, это не смешно», — не оценил юмора в таком ответе.
Всё-таки, в общении с богом высшей категории, как-то чувствую себя полноценным человеком. Кричу, например, при том что немой. Это для всех смертных такой, а он входит в положение, так сказать, а у меня хоть отдушина есть.
«Ага, он, значит, даже входить в этот данж не хочет, а я тут должен тусоваться, по его мнению. А не обнаглел ли ты, машина бессловесная, а?» — поинтересовался он у меня, надо сказать, не без оснований обозвав гаджетом.
«Извини. Честно говоря, не подумал так посмотреть на вопрос», — быстренько свернул на автобан под названием «Вежливость».
«А на какой вопрос ты, вообще, смотришь, сначала подумав⁈ Поди, бегаешь, пытаешься узнать, почему меня не было в умирающем данже?» — засыпал он меня скользкими вопросами, заставив серьёзно задуматься.
