Разделить их не представило большой проблемы – казалось, контроль врага над ними был не настолько велик, чтобы полностью подчинить их волю, но в то же время не так слаб, чтобы позволить им отступить от ранее выданного приказа. Сквозь молочную дымку тумана Харука увидела, как путь Кисамэ отрезал Большой зелёный вихрь Конохи Майто Гая и как в Хошигаки отовсюду полетели выпущенные Тен-Тен кунаи и шурикены. Как Даруи, спина к спине с Шии, уводил Амеюри Ринго чуть вправо, поминутно атакуя её Чёрной Пантерой, отчего та довольно скалила клыки, как это случалось, Харука знала, когда Амеюри встречала сильного соперника. Как суровый мужчина, которого Даруи представил как Додай, уже успел довести вспыльчивого Джинина Акебино до ручки, своей резиной не позволив Крушителю шлемов разрубить ни одного меча, в то время как не менее суровый Иттан-сан вовсю размахивал каменным кулаком. Как взрывы Шибуки ударялись о стальную защиту марионеток троих кукольников из Суны, а Баки-сан без устали атаковал Элементом Ветра. Как Какаши с обеих сторон окружили Забуза и почему-то заставивший её сердце болезненно сжаться худой и бледный Хаку.
Кушимару-сенсей был абсолютно таким, каким она помнила его в ночь последней вылазки мечников. Высокий, худой и сутулый, с копной спутанных светлых волос и длиннющими руками, которые, будучи поднятыми вверх почти не оставляли ей, Суйгецу и Чоджуро шансов получать принесённые им и зажатые в шершавых пальцах сладости. В маске ойнина, которую он снимал при ней всего однажды, чтобы напугать её рассекавшим почти всё лицо шрамом. Внезапно возникнувшее чувство заставило её вздрогнуть, но не позволить себе как в былые времена обхватив его за шею и повиснуть, оторвав от земли ноги. Харука просто стояла напротив, сжимая в правой руке рукоять Нуибари и чуть закусив изнутри дрожавшую нижнюю губу.
- Давно не виделись, Хару, – протянул Кушимару, и она безошибочно прочитала в его голосе знакомые тянущие, ироничные интонации. – Кто это тебя так обкорнал? Ни на секунду нельзя оставить…
- Прошло больше десяти лет, сенсей, – скривила губы Харука. – Многое изменилось.
- Эвона как мы заговорили! – притворно восхитился тот. – Совсем взрослая стала. Красивая. Только уж худая слишком. Мужики не собаки, на кости не бросаются. Я тебе много раз говорил, что надо, чтоб у женщины было за что ухватить, – пошловато хохотнул он.
- Предпочитаю не искушать несдержанных особей, чтобы не пришлось потом отрезать руки. Неэстетично, – привычно ответила колкостью Харука, нарочито легко подкинув Нуибари.
- Ты сохранила его? Сохранила Нуибари… – Кушимару сделал шаг вперёд, протянув руку, а в его голосе проскользнула давно позабытая Харукой нежность. – Мой меч…
- Разумеется, я сохранила, – Харука вскинула голову, но защиту не ослабила. – Я ведь обещала.
- Не забыла, стало быть? – недоверчиво проговорил тот.
- Не забыла. И частично уже выполнила. Кровавого тумана больше нет. Ягура мёртв, – твёрдо ответила она. – Пятая Мидзукагэ – Мэй Тэруми.
- Вон оно как! – воскликнул Куриарарэ. – Та зацикленная на замужестве рыжая девица с Элементом пара? Замуж-то вышла? – иронично спросил он. – По мне так ей суждено остаться старой девой до конца дней.
- Это поставит под сомнение независимость линии внутренней и внешней политики Кири, – парировала Харука.
- Знаешь, Хару… – он немного помолчал, повернув голову чуть влево. – Я с удовольствием бы поговорил с тобой и узнал, что произошло, но у меня есть приказ, которого я не могу ослушаться.
Он нападал резко и чётко, использовал при атаках сенбоны и запасные мотки стальной проволоки для Нуибари, которые, она знала, он хранил в задних карманах брюк. Харука отбивалась весьма успешно, однако зацепить его таким образом, чтобы иметь возможность обездвижить на время запечатывания, у неё по-прежнему не получалось. Да и в голову поминутно лезли воспоминания совместных спаррингов, во время которых сенсей хоть и не давал ей спуску, но в конце неизменно опрокидывал её на землю и ехидно хихикал над тем, как она злится и требует реванша. Сейчас он естественно не собирался ни сдаваться, ни отступать, даже если бы хотел, и Харука, хоть и понимала это, всё равно не могла оставаться до конца хладнокровной.
Проволока оплела щиколотку совершенно незаметно, и в одну секунду Харука оказалась на земле. Несмотря на все попытки ухватиться за что-то, Кушимару-сенсей всё же протянул её по земле несколько метров, оставив на теле несколько ушибов и ссадин, и навис над ней, уперев длинные руки в колени. Харука пыталась подняться, однако хлёсткий удар ухваченной на манер хлыста проволокой, пришедшийся по вовремя поставленному в блокирующую позицию предплечью, временно охладил её пыл.
- Если я кого в этой жизни и не хотел бы убивать, – произнёс он негромко, – то это тебя. Помню тебя маленьким зверёнышем, которого я увидел в детском доме. Ты рычала и требовала тебя вернуть родителям, – ностальгически продолжил сенсей. – Но выбора у меня нет. Хоть Нуибари ещё раз подержу.
