– Этого не было в новостях. Полиция об этом даже не знает, – сказал Пол. И объяснил: – В одном из мест осталась окровавленная ниточка. Она не могла быть от вашей шелковой одежды. Слишком нарочито и демонстративно для человека, который идет убивать. Шелк используют для теплого белья, однако в такую погоду вы вряд ли стали бы надевать нечто подобное – не следует потеть на месте преступления. Наверное, до изобретения анализа ДНК таким, как вы, жилось проще.
Кажется, Ласситер слабо застонал? Пол не был уверен. Он улыбнулся.
– Меня не слишком волнует шелк. Простое любопытство. К нашим делам здесь это отношения не имеет. Очевидно, намного больше вас волнует вопрос, как я вас выследил. Понимаю. Краткий ответ таков: из газетных заметок об убийствах я понял, что вы – организованный преступник. Я предположил, что вы все планируете заранее. Тщательно выбираете места для убийства и прорабатываете пути отступления. Такой человек обязательно захочет знать о людях, которые его ищут. Я решил, что вы появитесь на месте убийства на следующее утро. Я наблюдал за всеми, кто там был. У меня вызвал подозрение человек, пивший кофе и читавший спортивный раздел в «Пост». Я почти не сомневался, что это вы. Я знал, что улика с ботинками «Феррагамо» – фальшивка: зачем снимать бахилы в грязи, когда можно пройти еще три фута и выбраться на асфальт, не оставив следов для полиции? Это означало, что вы вовсе не богаты, а принадлежите к среднему классу. Ботинки предназначались исключительно для полиции. Я знал, что вы сильны и крепко сложены. Все это соответствовало мужчине с «Пост». Уходя, я понял, что вы последовали за мной. Добравшись до квартиры, я схватил шляпу, другую куртку и солнцезащитные очки, после чего вышел через заднюю дверь. И проследил за вами – до вашей квартиры в Куинсе. Небольшой поиск в Интернете – и я установил вашу личность. – Пол с наслаждением отхлебнул молока. – Среднестатистическая корова в Соединенных Штатах дает в год почти двадцать тысяч фунтов молока. Удивительно. – Секунду он смотрел на незадачливого преступника. – Я большой фанат рассказов о Шерлоке Холмсе. – Он кивнул на полки. – Как вы можете видеть.
– Так вот почему здесь нет полиции, – пробормотал пленник. – Хочешь сыграть большого героя, как Холмс, и потрясти копов своим интеллектом… И кому ты меня сдашь? Мэру? Комиссару полиции?
– Вовсе нет, – ответил Пол. – Я собираюсь нанять вас. В качестве помощника.
– Помощника?
– Я хочу, чтобы вы работали на меня. Стали моим подельником… Должен сказать, это слово мне никогда не нравилось.
Ласситер кисло усмехнулся.
– Как все запутано. Ты считаешь себя Шерлоком Холмсом и хочешь, чтобы я стал твоим Уотсоном?
Пол поморщился.
– Нет, нет, нет. Мой любимый герой в книгах, – он махнул в сторону полок, – не
– Но разве он не был… Как там говорят? Заклятым врагом Холмса?
Пол процитировал по памяти:
«Называя Мориарти преступником, вы с точки зрения закона клевещете – в этом вся соль! Величайший интриган всех времен, организатор всех серьезных преступлений, руководящий мозг уголовного мира, способный возвеличивать или губить государства – вот что представляет собой этот человек!»[7] – И продолжил: – Да, Холмс был гением, однако не обладал великим замыслом и стремлением. Он был пассивен. Мориарти же, напротив, был воплощением амбиций. Постоянно плел интриги и заговоры. Он стал моим героем, как только я впервые прочел о нем. – Пол любовно посмотрел на книги, содержавшие рассказы с участием Мориарти. – Из-за него я изучал естественные науки и математику. И стал профессором, совсем как мой герой.
Он вспомнил свой недавний визит к доктору Левину:
«Истории о Шерлоке Холмсе нашли у вас такой отклик по нескольким причинам. Я считаю, что в первую очередь по причине ваших талантов: вашего интеллекта, врожденных способностей к анализу, склонности к дедукции. Дело в этом…»
Доктор Левин решил, что Пол восхищается Холмсом, и пациент не стал его поправлять: психотерапевт мог вполне всерьез отнестись к отождествлению себя с преступниками вроде Мориарти – пусть и вымышленными.
– Как персонаж, Мориарти появляется лишь в двух рассказах и упоминается еще в пяти. Однако его злая тень висит над всем циклом, и создается впечатление, будто Холмс ни на миг не забывает, что неподалеку всегда держится негодяй, который умнее и изобретательнее его самого.
– Вроде Уотсона?
