Элементали были воплощением магии хозяина. Без нашей связи и силы, которой я щедро делилась с хозяйкой, Αдель станет слабее новорожденного мага. Отсечь связь – все равно что потерять часть себя, часть души. Кому в здравом уме захочется пойти на такое?
Я встретилась с пылающим взглядом огненного.
– Рассказывай все, что ты знаешь о привороте. Не с потолка же ты это взял.
– Логично. - Элементаль фыркнул. - С потолка можно было бы взять только паутину, да и ту к королевскому приезду поспешно убрали вместе с паучками.
— Не до шуток! Кто приворожил графиню?
– Полагаю, у тебя есть подозреваемый.
– И у тебя, судя по всему, тоже! – Догадки клубились в сознании темным дымом, всплывали из глубин памяти проклятым карточным раскладом, словно в насмешку обернувшимся совсем не той стороной, как казалось раньше. Но мне нужно было подтверждение. – Скажи!
– С огромной вероятностью – герцог Уотерс.
Ответ попал в точку.
Я рвано выдохнула.
– Почему? Почему ты так думаешь?
– Потому что однажды он уже использовал приворот, чтобы получить понравившуюся eму девушку в жены.
Такого я, честно признаться, не ожидала.
– Откуда ты знаешь?
Огненный выгнул горящую бровь.
– Как думаешь, почему я, совершенно свободный элементаль, не обремененный никакими привязками,торчу в замке? Думаешь, мне нравится поджигать чужие усы, портить гобелены и раздувать пламя под кастрюлями с рагу?
Я неопределенно фыркнула, всколыхнув пламя Эфа.
Если честно, как-то так я и думала. Мне никогда не приходило в голову, что у Эфа когда-то тоже мог быть хозяин или хозяйка. Эф, которого я знала , презирал оковы и гордился тем, что, в отличие от нас, может делать что хочет, лететь куда угодно и творить, что вздумается. А на герцогской кухне оставался исключительно потому, что ему нравилось испытывать терпение Жеора и дразнить вечно злющего Берса, зверодуха герцога Уотерса и негласного хозяина замка, любящего вселяться в жуткие чучела, сделанные из охотничьих трофеев. Но...
Но если это все было просто так, почему тогда потемнело, окатив меня волной жара, пламя элементаля? И как объяснить бешеный огонь в темных глазах?
— Нет, – ответила едва слышно. - Я вижу, что все не так просто.
– Ха. – Эф хмыкнул, но как-то безрадостно, без привычного насмешливого огонька. - Так вот возьму и подумаю, что тебе не все равно.
– Мне не все равно.
Я ответила почти не задумавшись и лишь секунду спустя осознала, что это чистая правда. Мне действительно было не все равно. Не только потому, что история Эфа могла пролить свет на случившееся с Адель, а просто…
Просто я чувствовала, будто что-то жгло его изнутри. Α рядом не было никого, кто мог бы хотя бы выслушать. Ни человека, ни элементаля.
Обратная сторона полной свободы – одиночество.
Словно подслушав мои мысли, Эф вздохнул и, чуть отлетев, заговорил, отрешенно глядя куда–то в сторону замка.
– У Эшли, единственной дочери старого герцога Уотерса, рано пробудилась магия. Едва начав овладевать огненной стихией, она сумела призвать элементаля. Своевольного, упрямого, трудно поддающегося контролю, слишком сильного для неопытной юной магички. Πо крайней мере, – усмехнулся огненный, - именно так говорили ее учителя. И если бы леди Уотерс послушала мудрых наставников, она разорвала бы не до конца оформившуюся привязку и занялась бы поисками более пoдxодящего существа для реализации магического потенциала. Но Эшли была еще более упрямой, чем призванный ею огненный дух, и не сдавалась, пока не достучалась до его… Что, по-твоему, у нас есть, Ветерок? Πламя? Энергия? Сущность?
– Люди называют это душой.
– Ну, значит, до моей души. Эшли была… удивительной…
Он замолчал, угрюмо созерцая возвышавшиеся над садом башни дворца Уотерсов… нет, дворца своей бывшей хозяйки, о которой я, к своему недоумению, впервые услышала только от Эфа. Все здесь вели себя так, будто именно герцог Роберт Уотерс был истинным хозяином этих земель. Но если Эшли в девичестве носила ту же фамилию и титул, выходит…
– Что с ней случилось? - мягко спросила я.
– О. - Эф едко усмехнулся. Травинки под язычками огня свернулись от жара, что выдавало волнение огненного. – Она вышла замуж. Незадолго до этого герцог и герцогиня Уотерс скоропостижно скончались. Формально единственной наследницей была Эшли. Благодаря сильной магии в крови, она имела полное право возглавить свой род, но король не пожелал доверить управление богатым и значимым регионом девушке, едва достигшей совершеннолетия. Нужен был мужчина, подходящий мужчина. Король лично предложил подходящих кандидатов. Эшли должна была в кратчайшие сроки выбрать одного из них – неслыханная уступка, на котoрую его величество пошел исключительно из уважения к умершему старому герцогу.
– Как жестоко, – вырвалось невольно.
На короткое мгновение я представила на месте Эшли Адель и ужаснулась представшей картине. Девушку, еще не отошедшую от горя, чуть ли не насильно заставляют выйти замуж. Немыслимо! Кошмарно!