– Приятного аппетита! – слегка поклонилась Забава и покинула комнату.
Я быстро съела ужин и отправилась в ванную. Действительно, ванна была полна горячей воды. Раздевшись, я забралась в неё и расслабилась.
«Завтра я приду на собрание с пустыми руками, и пусть выгоняют, разрывают помолвку… Я не могу здесь больше оставаться», – думала я, глядя в потолок.
– Это не дворец, а тюрьма! – произнесла я в сердцах.
«Но как же здесь хорошо…» – добавил предатель-ум.
Испугавшись собственных мыслей, я поспешила покинуть ванну. Отчего-то мне показалось, что это неправильно, что я не должна привыкать к жизни во дворце, иначе…
– …потеряю себя, – закончила я вслух. Но почему я так сказала, я не знала.
По-прежнему находясь в расслабленном состоянии, я вернулась в комнату и сразу прошла к окну. Распахнув его, я вдохнула удивительные ароматы, доносящиеся из сада. На улице уже стемнело, и можно было увидеть свет, исходящий из центра сада.
«Жар-птица, – с улыбкой вспомнила я птицу с сияющим оперением. – Как странно, что я попала в сказку, но не рада этому. Здесь чудесная природа, вкусная пища, богатые интерьеры, красивые парни… Есть магия! Я готовлюсь стать царевной, никто не покушается на мою честь… Что интересно, одной части меня здесь нравится. Но другая чувствует себя пленницей. Заложницей той, первой части. И поэтому хочется отсюда сбежать, чтобы разобраться во всём. В себе…»
Погружённая в мысли, я села на широкий каменный подоконник и, опёршись спиной об оконный проём, уставилась на луну. Было полнолуние. Луна сияла посреди звёздного неба, заливая серебристым светом округу. Я засмотрелась на неё. А затем стала любоваться звёздами.
«Большая медведица, – приметила я. – Да и луна выглядит как наша, земная. Выходит, это Земля? Параллельный мир? И это действительно реальный мир, который имеет право на существование так же, как и мой родной? Разница лишь в том, что здесь есть магия, а там нет… И у меня, как у представительницы того мира, магии нет. Но без помощи магии я сюда попасть не могла. Значит, она заключена в… медальоне?» – я взяла в руку медальон, но ничего необычного не увидела в нём.
– Откуда ты взялся? – спросила я у него. – Почему выбрал меня своей хозяйкой? И почему царевич не может прикоснуться к тебе?
Медальон, естественно, не ответил. Тогда я выпустила его из рук и вновь подняла глаза на звёздное небо. Ночные трели птиц услаждали слух, и я погрузилась в воспоминания о снах, в которых фигурировал один и тот же полюбившийся мне незнакомец, надежду на встречу с которым я с нетерпением лелеяла в своём сердце.
Просидев так пару часов, я пришла в абсолютную гармонию с окружающей природой и в таком умиротворённом состоянии отправилась спать. Наутро меня ожидал ещё один позор, но меня это ни капли не волновало.
– Всё идёт как надо, – повторила я слова парня из сна и с улыбкой на устах заснула.
Тем же составом мы сидели в царском собрании. Я – рядом с Иваном, который ободряюще поглаживал меня по спине. Точнее, он думал, что ободряюще. Мне же хотелось заломить ему руку и запретить прикасаться ко мне раз и навсегда! Но я считалась его официальной невестой, поэтому и вести себя должна была соответствующе.
Любава и Милана принесли с собой на расписных рушниках большие караваи. Похоже, им не терпелось выйти замуж. Непроизвольно я усмехнулась, почувствовав гордость оттого, что ничего не испекла. Лицемерить не хотелось, равно как и замуж за царевича.
Мои пустые руки не остались не замечены царём. Он бросил на меня разочарованный взгляд, но на этот раз решил начать с других будущих невесток. Девушки подошли к каждому в собрании, в том числе и ко мне, и предложили отщипнуть от караваев. Попробовав их стряпню, я пришла в восторг! И нашла ещё один плюс в том, что ничего не испекла: все присутствующие подавились бы моим хлебом и выплюнули бы его…
«Я не могу с ними тягаться. Зачем меня вообще об этом просить?» – недоумевала я, поглощая вкусную выпечку.
– Елена, – обратился ко мне царь, когда от караваев практически ничего не осталось. – Где твой хлеб? Или скажешь, что он невидимый? – добавил царь с издёвкой.
– Не скажу. Я не испекла! – гордо призналась я.
Царь снисходительно покачал головой и объявил:
– За более яркую палитру вкусов победительницей этого соревнования признаётся Милана!
Девушка открыла рот, прикрывая его руками от восторга, и сразу кинулась на шею своему царевичу, который с неподдельной радостью обнял невесту в ответ.
«Как будто Оскар получила!» – такое сравнение невольно возникло в моей голове.
– На этом объявляю собрание закрытым, – продолжил царь. – Своих сыновей и Елену я прошу остаться, остальные могут быть свободны.
«Что он задумал?» – забеспокоилась я.
Девушки слегка расстроились, что им придётся покинуть зал без своих женихов, и одарили меня завистливыми взглядами.
