Тогда Афина не была еще царицей и родительницей мысли, она была защитницей царской крепости — "вооруженной Афродитой". Именно ее устами прорицали мертвые, так же как и устами Персефоны. Гефест — особая ипостась владыки подземного мира, "Богатого", или Плутона, — всегда был оружейником, Афродита-Афина — оружейных дел мастерицей. Гомер считает связь Афродиты с Гефестом совершенно законной, то есть изначальной. На новом акрополе, сооруженном около 600 года до Р.Х. Солоном, Афина обитала в храме Гефеста и имела сына от бога-кузнеца — Эрихтония, первого царя города. Стало быть, более поздняя городская богиня Афина — владычица мыслей — выделилась из архаичной Афродиты уже после Тесеевой эпохи (после 1100 года до Р.Х.). В шутку можно утверждать, что эта богиня явилась из головы олимпийского Зевса лишь в IX–VIII веках до Р.Х.; в малоазийской Ионии это было скоро замечено и воспето Гомером; в Афинах и Элевсине сия новость стала достоянием народа только в VI веке.
История богини Афины позволяет подобным же образом взглянуть и на Элевсинские мистерии и предположить, что во II тысячелетии они существовали как некий культовый минимум — праформа, претворенная в танце Близнецов. Учитывая мифологическое иносказание, можно представить себе, что Отец присутствовал там незримо, ибо молитвы и гимны были обращены именно к нему.
В искаженном видимом образе он являлся как Золотой телец, как "царственное животное", или Минотавр и проч. По праву зримо выступали тогда Афродита, довольно смутно, и совершенно отчетливо, на переднем плане, — двое вооруженных куретов. Персонажей для обряда посвящения в любом случае достаточно, а тем более для посвящения совершеннолетнего юношества, которому предстояло впервые взять в руки оружие.
Коренной перелом внешне совершился в Аттике в XIII веке, в эпоху, когда Моисей пас стада в земле Мадиамской. Около 1250 года до Р.Х. древнейшая афинская крепость на западном склоне холма была разрушена, но открытое поселение у подножия холма уцелело, а возможно, возникло вновь. В XII веке легендарный основатель нового города, царь Тесей, призвав к себе окрестных жителей, расширил это поселение и укрепил его. Царя Тесея предание связывает с Кноссом, который в ту пору представлял собою уже не древнеминойский, а греческий город, хотя архаический культ там, возможно, еще не угас. Впрочем, не исключено, что предание отражает духовное господство Древнего Крита над побережьями материковой Греции, характерное для более поздней эпохи.
Тесей расположил свою агору — рыночную площадь — на гребне между акрополем и ареопагом, укрепил поселение впятеро большее, чем то, что было здесь прежде, однако до "нового рынка" на западе еще не добрался — при нем там находился некрополь. Классическая рыночная площадь с храмом Гефеста и Афины на возвышении датируется лишь VII веком до Р.Х. Позднейшая богиня-дева в ту пору была женой кузнеца.
О древнейшей истории строительства Афин стоит сделать еще одно замечание, немаловажное с точки зрения Малых мистерий, происходивших за речушкой Илисс. Архаические Афины, отчасти оказавшиеся за пределами построенной Тесеем стены, находились — если не считать храм Диониса на Болотах — по ту сторону, то бишь между рекой и крепостным холмом.
Итак, древнейший город был разрушен, но открытое поселение у подножия холма продолжало существовать или возникло вновь. Городское предание гласит, что тамошним царем был Тесей, связывая его тем самым с XII веком.
О Тесеевом городе археолог Я. Травлос пишет следующее: «На агоре Тесея до конца VII века постоянно шло строительство. Этот комплекс включал: 1) святилище Афродиты Пандемос с особой оградой, в которой проходили Народные собрания, а кроме того, целый ряд других храмов: 2) Гермеса, 3) Деметры Хлои (зеленых всходов на Рождество), 4) Геи Куротропос, 5) Килонейон и, вероятно, 6) Бузигион. Однако знаменитый ареопаг — место на одноименном холме, где вершился суд, — лежал вне Тесеевой стены. Все упомянутые святилища (1–6) находились за пределами дотесеевой стены XIII века, а это лишний раз подтверждает, что Тесей застал нижний город неукрепленным. Классический рыночный холм и пространство Новой агоры вплоть до Солона использовались только для захоронений. А поскольку захоронения, кроме могил героев, всегда помещались за чертой древних эллинских городов, Тесеева стена, правда пока не обнаруженная, на севере не доходила до нового рынка, который в классическую эпоху был "той самой агорой"»94.
