«Какой всё-таки засранец», – подумала я с лёгким раздражением, а вслух сказала: – Я не откажусь от парного катания. Будешь моей парой?
– С превеликим удовольствием.
Кирилл легко и изящно – впрочем, как и полагается любому эльфу, – вышел на лёд, уже привычно приобнял меня одной рукой за талию, а во второй крепко сжал мою ладонь, после чего медленно заскользил вперёд. Я только и успела, что испуганно ахнуть.
– Не смотри под ноги, – посоветовал он. – Просто двигайся вперёд, а я позабочусь о том, чтобы ты не упала.
Боковым зрением я заметила Надю, стоявшую чуть в стороне и одобрительно показывающую мне большой палец. Очевидно, она получала удовольствие от моих мучений.
Я нервно закусила нижнюю губу и, поддерживаемая своим эльфом, неуверенно двинулась вперёд. Мне понадобилось минут пять, чтобы освоиться и прекратить цепляться за своего спутника. И именно этот момент Кирилл подгадал, чтобы одной рукой оттолкнуть меня от себя, а второй закрутить на месте, разворачивая на сто восемьдесят градусов. Я испуганно вскрикнула, но упасть он мне не позволил, напротив, крепко прижал к себе и нагло коснулся губами моих губ в быстром, практически целомудренном поцелуе.
– Это было грубо, – заметила я, восстанавливая равновесие и чуть отстраняясь, впрочем, даже и не думая окончательно разрывать объятия.
– Зато действенно, – ухмыльнулся Кирилл. – Как у вас на Земле говорят? Невыносимо смотреть на губы, которые не можешь поцеловать?
– Ещё раз сделаешь что-нибудь подобное, не спросив моего разрешения, и твоя смазливая мордашка познакомится с моим кулаком, – пригрозила я.
Не то, чтобы мне не понравился поцелуй. Но моё мнение в данном вопросе всё-таки нужно уважать! А вдруг я против?
– Разбитый или даже сломанный нос – мизерная плата за возможность тебя целовать, – заверил меня Кирилл, и на дне его глаз сверкали дьявольские огоньки, запустившие толпу мурашек у меня по спине.
«Какой же он всё-таки сексуальный… – мелькнуло у меня в голове. – Но такой вредный! Даже не знаю, чего хочется больше: затащить в постель или хорошенько врезать».
На катке мы провели добрых полтора часа, во время которых Надя сначала гоняла туда-сюда по льду, точно ей задницу скипидаром намазали, а потом заставила Веру обучить себя езде задом наперёд и прыжкам. Я краем глаза наблюдала за ними, опасаясь за душевное спокойствие Веры, всё детство которой прошло в школе фигурного катания по воле деспотичной матери, желающей видеть дочь чемпионкой. К сожалению, сколько бы усилий Вера ни прикладывала, достичь хоть сколько-то заметных результатов она не смогла, поэтому, став совершеннолетней, навсегда завязала со спортом и разорвала все отношения с родителями.
К счастью, судя по мягкой улыбке, играющей на губах подруги, эта рана уже не болела, и она охотно показывала Наде своё мастерство под восторженные возгласы и аплодисменты.
– Полагаю, никто не будет возражать против того, чтобы заночевать в хорошем отеле? – предложил Кирилл в ответ на моё заявление, что я устала и замёрзла, да и вообще время уже позднее и пора бы и честь знать. – А завтрашний день посвятим исполнению желаний Надежды.
– Что мешает тебе вернуть нас сейчас домой? – насмешливо поинтересовалась я, с вызовом глядя в изумрудные глаза напротив. – Какая разница, откуда мотаться по мирам?
– Ох, какая жестокость! – картинно приложив руку к сердцу, изображая оскорблённую невинность, посетовал Кирилл. – Мои силы, между прочим, не бесконечны, и я и так их уже порядочно потратил. Прояви милосердие и не заставляй снова открывать портал.
– Ну, в самом деле, Маш, к чему такая жестокость? – моментально заняла его сторону Надя. – Лично я за отель!
Я перевела взгляд на Веру, но та лишь неопределённо пожала плечами, сообщив, что ей без разницы, где ночевать.
– Прекрасно, значит, у нас два голоса «за» и один «против», – резюмировал Кирилл, и его губы растянулись в самодовольной улыбке. – А это что значит? Что мы идём в отель!
И, вопреки собственным словам про усталость, открыл очередной портал, который привёл нас в ярко освещённое фойе явно весьма недешёвого отеля.
– С наступившим Новым годом! – бодро пожелал Кирилл симпатичному молоденькому администратору, откровенно скучающему за стойкой ресепшена.
– И вас с Новым годом! – с дежурной улыбкой отозвался тот. – Хотите заселиться?
– Да, нам нужен номер на четверых. Можно один с несколькими спальнями, можно два или даже четыре.
– Боюсь, сейчас могу предложить только два одноместных номера. Сами понимаете, праздник, в городе много гостей – свободных номеров практически нет.
И почему у меня даже не было сомнений в подобном исходе?
– Нам подойдёт, – живо отреагировала Надя, и в её глазах вспыхнул фанатичный блеск.
– Полагаю, ты хочешь предложить вам с Верой занять один номер, а нам с Кириллом другой? – уточнила я с добродушной усмешкой.
– Почему бы и нет? – Надя весьма правдоподобно изобразила святую невинность. – Или у тебя с этим какие-то проблемы?
