— Ты к целителю не обращалась по этому вопросу?
— Боюсь, целитель тут не поможет, — устало опустилась на стул и потерла виски. — Реакция, скорее, психологическая.
— И давно у тебя такое? — осторожно спросил напарник.
— С тех пор как убедилась, что от мужчин не стоит ждать ничего хорошего! — вырвалось у меня.
Наверное, не будь я в таком отвратительном расположении духа, ни за что бы не ляпнула такое, выдавая невольно свои тайные мысли.
Брови Вэйда взметнулись.
— Не хочешь объяснить?
— А тебя это и правда интересует? — с горечью откликнулась.
— Если бы не интересовало, не спрашивал бы, — резонно возразил он, демонстративно отвечая спокойствием на мою вспышку.
— Хорошо. Тогда отвечу один раз, чтобы никогда больше к этому не возвращаться. Такая реакция началась вскоре после того, как я услышала разговор бывшего жениха с моей сводной сестрой. В нем они недвусмысленно дали понять, что такую, как я, можно воспринимать лишь в качестве денежного мешка. Мой красавчик-жених, задаривавший сладостями, которые я раньше ужасно любила, признался, что без отвращения даже смотреть на меня не может. Но что готов пожертвовать собой, лишь бы я переписала на него свое состояние, а через пару месяцев после свадьбы благополучно отправилась на тот свет. И вот после этого всякий раз, как вижу сладости, представляется его лицемерная физиономия!
Некоторое время Вэйд молчал, переваривая услышанное. Потом покачал головой.
— Если хочешь знать мое мнение, то он идиот.
Я в изумлении вскинула глаза и по выражению его лица поняла — не врет. И правда, так думает.
— Ты просто не видел меня два месяца назад, — я невесело усмехнулась. — Зрелище преотвратительнейшее! Да и сейчас я весьма далека от идеала.
— Идеальная внешность не главное, — задумчиво проговорил Вэйд. — Поверь мне, уж я в этом убедился на собственном опыте. С тех пор и остерегаюсь связываться с идеально-красивыми женщинами. Если кого-то они и способны любить, то только себя. А еще использовать тех, кто имеет глупость поддаться их обаянию.
Словно спохватившись, что сказал лишнее, он умолк и нахмурился. Я же осмысливала услышанное и чувствовала, как впервые за этот день внутри появляется что-то позитивное. Если Вэйд настолько предубежден против красивых женщин, может, у меня все же есть шанс? Или он сказал это, лишь желая утешить? Не могу представить идиотку, пусть даже очень красивую, что сознательно отказалась бы от такого мужчины, как Вэйд! А в его словах был намек именно на это — на какую-то историю, связанную с прошлым опытом.
— Ты в таком состоянии с самого утра из-за того, что опять вспоминала о женихе? — прервал мои размышления Вэйд. — Все еще его любишь?
— Нет, — сказала чистую правду и даже улыбнулась. — Слава Мирне, я избавилась от чувств к этому мужчине! Не обращай внимания, все это глупости. Мне уже лучше.
И это действительно было так. Внезапная откровенность Вэйда слегка сгладила осадок после вчерашнего. Поняла, что не только у меня огромные проблемы с доверием к противоположному полу. Кто-то так сильно ранил его в прошлом, что Вэйд сознательно не сближается ни с кем. Предпочитает ни к чему не обязывающие интрижки. Глупо ревновать к тем женщинам, которых он воспринимает как однодневное развлечение.
— Пойдем все же пообедаем, — я встала из-за стола, и Вэйд с явным облегчением поднялся следом.
В этот раз мы сидели за одним столом с Каем и Марибет. Габриэль тоже присоединился к нам, но общалась я с ним ровно столько же, сколько и с остальными.
Несколько напряглась, когда подошла та самая кудрявая официантка и попыталась флиртовать с Вэйдом. Делала намеки на то, как они хорошо вчера провели время, и что не мешало бы повторить. То, как холодно-безразлично отреагировал напарник на ее слова, пролилось бальзамом на душу. Он давал понять, что продолжения не будет и утратил к ней всякий интерес.
Девушка отлепилась от столика в расстроенных чувствах. Я же поймала себя на том, что улыбаюсь уже без всякой натянутости. Даже несмотря на то, что поняла — вчера Вэйд и правда провел ночь с этой девушкой. Но главное, что всерьез он ее не воспринимал. Что ж, для меня и это уже много! Знать, что его сердце пока свободно.
Остаток дня пролетел спокойно. Мы погрузились в насущные дела, общаясь только на рабочие темы, и настроение мое окончательно выровнялось.
А полученное вечером письмо, принесенное по домашнему адресу посыльным с почты, вернуло прежний энтузиазм. Господин Нарт, мой бывший преподаватель менталистики, ответил без отлагательств. Сообщил, что вопрос переадресовал лучшему специалисту в этом деле — маркизу Винавиру.
