- Об эльфах, - олдермен вздохнул. – Завелась, понимаешь, в окрестностях Корман-Эш банда форрестаэлей. С каждым днем наглеют все больше и больше. Не наши эльфы – пришлые, северяне. В прошлую пятницу они ограбили уважаемого человека, богатого купца из Вальгарда. Отобрали у него деньги, товару на триста дукатов и бросили на дороге совершенно голого. Несчастного от пережитого страха и унижения кондрашка схватила, лежит теперь, не встает. А еще, - тут олдермен понизил голос, - пишут они изменнические воззвания, направленные против власти.
- Воззвания?
Олдермен как-то странно глянул на меня, а потом решился – отпер шкатулку на своем столе и протянул мне грязный клочок пергамента, на котором эльфийскими рунами было написано следующее:
- Да уж, махровым расизмом попахивает, - сказал я. – Даже не верится, что это писали эльфы.
- Если слухи о происходящем дойдут туда, - и олдермен показал глазами на потолок, - мне несдобровать. С кого за все спросят? С меня. Я-то поручил стражникам задержать этих остроухих гаденышей, да куда им!В лес они ни за какие коврижки не сунутся, а эльфы-то как раз в лесу и прячутся, чтоб их разорвало.
- С чего ты решил, что я смогу справиться с бандой?
- Вид у милорда, не в обиду будет сказано, боевой. И потом, раз твоя милость валака пришибла, то и этих поганцев сможет.
- Неужто больше охотников не сыскалось для такой работы?
- У нас народ мирный, воевать не умеет, - сказал олдермен. – Пятьсот дукатов положу, если твоя милость проблему решит.
- Не выйдет, - сказал я твердо: у меня совершенно не было желания ввязываться в драку с эльфами, тем более что до сих пор у меня складывались с потомками Первого Народа отличные отношения. – У меня вообще-то другие планы.
- Семьсот дукатов.
- Не проси, приятель. Не могу.
- Жаль, - вздохнул олдермен, - Но я буду молить Бессмертных, чтобы милорд передумал…
Я только кивнул в ответ – мне не хотелось лишать почтенного градоначальника последней надежды, - и оставил его дальше разбираться с местными. Следующим местом, куда мне следовало зайти, был Имперский банк. Мне не терпелось обналичить найденный в пещере валака чек. Я нашел банк без долгих поисков – роскошное двухэтажное здание находилось прямо напротив храма Бессмертным.
Внутри банк оказался таким же нарядным, как и снаружи. Хотя чему я удивляюсь – у кого еще могут водиться деньги на роскошные интерьеры, как не у банкиров! Посетителей было совсем немного, и я, набравшись терпения, дождался, когда они сделают свои дела и уйдут, и только после этого подошел к клерку за стойкой.
- Я бы хотел обналичить вот этот чек, - я протянул клерку пергамент, найденный в рукояти Клафема. Клерк принял чек, заглянул в него и тут же поднял на меня округлившиеся глаза.
- Что, - сказал я, улыбаясь, - хотите сказать, что у вас нет такой суммы наличными?
- Нет-нет! – Клерк замахал руками и отшатнулся от меня, словно от призрака. – Прошу вас, сударь, подождите одну минуту. Я сейчас вернусь.
Он попятился к дверям, отвешивая мне торопливые поклоны, и все это показалось мне подозрительным. Появилось чувство, что меня собираются одурачить. Или я, сам того не желая, влип в криминал. Чек наверняка фальшивый. Сейчас служащий позовет охрану, меня задержат как афериста, и я опять окажусь в холодной ни за что ни про что.
- Слушай, камушек, - спросил я Эль-Шабу, - как ты думаешь, мы сегодня будем ночевать в гостинице, или я отправлюсь спать в камеру, а ты – в сундук для вещдоков?
Эль-Шаба мне не ответил, и это было плохим признаком. Впрочем, я напрасно волновался. Клерк появился очень скоро и с поклоном вручил мне запечатанный конверт и маленький кожаный мешочек.
- Хочешь сказать, тут уместилось десять тысяч золотом? – Я распустил шнур на горловине мешка и извлек на свет божий здоровенный изумруд, настоящий булыган весом, наверное, каратов в двести. – Ого, вот это камень! Надо понимать, любезный, эта штуковина стоит как раз десять тысяч?
- Прочтите письмо, сударь, - попросил меня клерк все с тем же испуганным выражением на лице.
Я спрятал изумруд, сломал печать на конверте и прочел эпистолу следующего содержания:
