– Кто знает, как все было на самом деле, – продолжал негромко Хорнбори. – Кто знает, как на самом деле происходило все это, но, так или иначе, я долгие годы носил это Кольцо и не замечал за ним ничего особенного. Мне доводилось слышать старинное эльфийское заклятие: Три Кольца – царям эльфийским под небесным сводом; Семь – для гномов, королей в каменной короне; Девять – Людям, тем, что сгинут со своим народом, а Одно – для Властелина на проклятом троне. Ну и там еще дальше про Мордор. Но Три Эльфийских, Три прекраснейших Кольца потеряли силу, и их владельцы ушли на Заокраинный Запад. Наверняка, решил я, утратили могущество и Гномьи Кольца. Но все оказалось не так… – Он развел руками. – А у Ворот меня вдруг словно ужалило что-то. – Он помотал головой, силясь высказать невыразимое. – Тянул на себя Ворота, словно за канат… едва сил хватило, а без хоббита вообще бы не справился. Что ты с ними сделал, Фолко?
– Погоди про хоббита, давай разберемся с Кольцом! – морщась, пристукнул по столу ладонью Торин. – Если это действительно Гномье Кольцо, то что оно может? И еще – кто и когда их выковал? Враг? Или нет? Смертный, надевший одно из Великих Колец, должен становиться невидимым… А у нас что? И все же главное – из чьих рук вышли эти кольца? Светлая или черная воля творила их?
– Чья бы она ни была, Кольцо уже показало свою силу, – заметил Вьярд. – И если это действительно одно из Семи – кто знает, не от близости ли к сердцу нашего мира, мира тангаров, в нем ожила какая-то часть его древней мощи?
– Но в чем состояла эта древняя мощь? – стискивая голову ладонями, ответил вопросом на вопрос Хорнбори. – Ни одно из наших сказаний не сохранило памяти об их действии!
Наступило молчание. Бесшумно тлел огонек светильника; в темноте едва можно было разглядеть лица ближайших собеседников. Хорнбори заговорил снова:
– Когда снизу начала подниматься эта голубень и сразу стало не по себе, я вдруг подумал, что могу как-то помочь. Когда все побежали, я остался, хотя внутри все тряслось, и просто стоял, а сияние вдруг остановилось, пошло вниз и исчезло. Тут-то я и понял, что это снова сделало Кольцо. Оно рассеяло страх, разве вы не почувствовали?
– Верно, – после паузы кивнул головой Торин. – Ну что ж, друзья, это добрый знак! – Гном выпрямился. – Ожила часть древних наших сил – так пусть она послужит нам щитом против Страха Глубин, против Горного Лиха! А ведь кое-что есть еще и у хоббита! Ведь без него Ворота бы не открылись! Так что ты сделал, Фолко?
Хоббиту пришлось рассказать все как было. Кинжал пошел по рукам, и Фолко беспокойно и бессмысленно водил взглядом следом за ним по кругу, сразу почувствовав, что ему не по.себе, когда на груди – пустые ножны. Гномы прицокивали языками, скребли ногтем клинок, пробовали его на изгиб – и вернули Фолко со словами общего недоумения. Как и те немногие, что видели кинжал в лагере ночью после встречи Фолко и Торин с Олмером, никто ничего не мог сказать.
– Ворота словно чья-то воля держала, – раздумчиво произнес Глоин, протягивая хоббиту кинжал. – Хотел бы я знать – чья…
– Спустимся вниз – узнаем, – решительно бросил Торин. – А что вы скажете по поводу всего этого? – Он обвел рукой вокруг себя, словно указывая на невидимые во мраке стены пещеры.
– Только одно – здесь, в Мории, у нас есть враг, – без колебаний ответил Двалин. – Мы почуяли чужой запах, еще когда шли через Сухой Мост, а теперь сомнений не осталось – здесь побывали орки!
Все понимали, что нельзя спускаться на Глубинные Ярусы, имея на плечах сильного и многочисленного врага. После долгих споров решили идти вниз тайными ходами. Разговоры могли тянуться бесконечно, но запротестовал Малыш.
– Хватит вам! Ночь пройдет, утро присоветует, – широко зевнул он. – Давайте лучше спать, утром пошарим по верхним ярусам – может, чего и увидим?! А сейчас, если я еще раз зевну, то разорву себе рот до ушей. Кто как, а я на боковую.
Гномы повозились еще немного и улеглись спать. Балин и Скидульф остались караулить во внешнем коридоре. Фолко долго вертелся на жестком сундуке, пока черная пустота не поглотила и его.
Ночь прошла спокойно. Четырежды менялась стража, и не напрасно – уже под утро Глоин и Хорнбори заметили огонек факела в дальнем конце коридора, свернувший в одну из поперечных галерей. Судя по беспечности, те, кто там был, либо не знали еще о присутствии гномов, либо их сбил с толку маневр Глоина и Двалина, и они были убеждены, что гномы сразу пошли вниз. Этим нужно было воспользоваться, и чем скорее, тем лучше.
