Девушка схватила Дамиана за плечо, и одновременно с этим с подкрылков чёрной металлической птицы сорвались две ракеты. Блеснуло что-то зелёное. Хорс оттолкнул Хель в сторону и, не обращая внимание на возмущения и крики с её стороны, прищурился, пытаясь высмотреть, что это было. Когда у него получилось, он чуть не вскрикнул от радости.
Несколько нитей висело прямо в воздухе, на середине короткого пути, который оставалось пролететь ракетам. Время будто замерло. Дамиан потянулся к нитям и словно взлетел сам, оказавшись над землёй. Он схватил нить за края, и она начала раздваиваться, растраиваться, на глазах превращаясь в сеть. Дамиан бросил её в сторону одной из ракет, и та с грохотом взорвалась прямо в воздухе, вторая же продолжала свой смертоносный путь. Ещё одна нить уже в руках. Через секунду — ещё одна сеть, но на этот раз Дамиан поступил иначе: он оставил один край нити у себя в руках, забрасывая на ракету сеть, а когда она угодила в неё, повернулся кругом, как метатель молота на соревнованиях, меняя направление полёта на противоположное. В этот момент всё снова ускорилось, и спустя несколько секунд раздался взрыв, а подбитый вертокрыл устремился к земле.
Обессилевший Дамиан свалился прямо на руки Хель, прямо как в прошлый раз.
— Это становится привычкой. Знаешь, я уже подумала, что таким образом ты решил покончить с собой, — укоризненно посмотрела ороконеру на парня.
— Это был изначальный план. Но импровизация понравилась мне больше, — улыбнулся Дамиан.
— Как у тебя это получается? Со стороны выглядит так, будто ты всю жизнь этому учился. Ты что-то скрывал от меня, признавайся.
— Зуб даю, сам не знаю. Но для меня всё это ощущается совсем по-другому. Я вижу какие-то нити разных оттенков зелёного, чаще всего изумрудного, представляю, что бы я хотел с их помощью сделать, а потом… Оно как-то само выходит. Интуитивно.
— Как бы там ни было, это чертовски здорово. Ты снова спас нас.
— А раньше? Раньше типа нельзя было всё это провернуть, а? — гневный голос тролля сотряс окрестности. — Из-за твоей нерасторопности мы типа лишились вездехода! Бедняжка Мэгги…
— Я не контролирую эту хрень! Она не вызывается по щелчку! Я тут вообще сдохнуть был готов, чтобы дать вам время, а ты тут с претензиями! Знаешь что? Иди ты в задницу, Хьяго.
— Оп. Понял. Кажись, был типа неправ, — тролль примирительно выставил руки ладонями вперёд.
— Что, даже не будешь спорить? — нахмурился Дамиан.
— Смысл? Только время тратить. Ты сказал, я тебя типа услышал, — пожал плечами красноволосый. — До города пару десятков километров. Пошли, может, найдём там что-нибудь.
— А попрощаться с Мэгги? — спросила Хель.
— Ты что, техносектантка? Это ж просто машина.
— Я порой вообще его не понимаю, — прошептал Хорс нар-Вейгу. Та кивнула, соглашаясь.
Квартет выдвинулся в путь к Берсту. Город больше славился своими художниками, чем машиностроительной промышленностью, но для похода пешком других вариантов не оставалось. Солнце, яркое пятно за тучами, уже склонялось к горизонту, а ночевать под открытым небом никто не изъявил желания. Тишина вокруг могла быть обманчивой. После всех пережитых неприятностей каждый шорох казался источником опасности.
Что не помешало, впрочем, устроить привал и, наломав сухостойной древесины, развести костёр. Неизвестно, что могло ждать в городе, и отряд принял решение не встречать эту неизвестность на голодный желудок. Над костром разогревались четыре консервные банки с тушёнкой, наполняя воздух ароматом мяса. Хель подсела к Дамиану и негромко спросила:
— Что там тебе такого элливейро рассказывал? Когда попросил задержаться.
— Тебе не понравится то, что ты услышишь, — Хорс покачал головой, — лично мне не понравилось.
— Не тяни, пожалуйста. Это как-то связано с моими вопросами ему?
— Да. Это ответ на твой вопрос про клан нар-Вейгу. Йараллион прекрасно знал о нём. Хотя бы потому, что лично руководил операцией по его уничтожению двадцать два года назад.
— Что-о-о? — Хель заскрипела зубами.
— Он не стал говорить это тебе тогда, потому что боялся, что ты захочешь убить его, а он, пытаясь защищаться, потеряет контроль и убьёт нас всех в своей форме вампира-дикобраза.
— Какая забота, надо же! Если бы мы всё ещё были на колёсах, я бы забрала у Хьяго руль, повернула назад и убила бы его. Ублюдок. И молчал же, когда я называла ему своё имя! Что ещё он сказал?
— Сказал, что в живых оставили только двоих и забрали их в плен. На них хотели ставить опыты по контролю разума.
— Но потом союзные войска их освободили. Ригран и Вайш нар-Вейгу, мои родители. Вот тебе и учёный, хранитель знаний. А я его ещё защищала тогда, в подвале у изгоев. Надо же, у нас в руках был самый настоящий военный преступник. Не удивлюсь, если и те двое тоже были в чём-то таком замешаны. А такие все из себя возвышенные, высокопарные. А копнёшь чуть глубже — садисты и убийцы. Я очень надеюсь, что в составе этой Вуали, которую нам нужно найти, не только остроухие.
— Первый раз слышу, что ты так их называешь.
— Всё бывает в первый раз. Приятного аппетита, Дамиан.