Мы заказали коктейли, которые принесли через пару минут. Я наблюдала за певшим парнем – у него явно не было голоса, это резало по моему чувствительному слуху.
– Ты тоже любишь петь? – спросила я.
– Конечно! Вот только все мои друзья обычно останавливали меня на половине песни – не могли слушать мою какофонию…
Я расхохоталась.
– …Хотя могу поклясться, когда я пою про себя, получается очень неплохо, но стоит мне начать петь вслух, что-то идет не так. Впрочем, ты сама сейчас в этом убедишься!
– Ты собираешься на сцену? Серьезно?
– Я вообще очень серьезный человек, – прошептал он, весело подмигнув.
Я не могла остановить безудержный смех. Еще никогда в жизни столько не смеялась.
Элиас подошел к микрофону и слегка постучал по нему, проверяя звук:
– Раз-раз… Эта песня посвящается вон той прекрасной фее…
Несколько голов повернулись в мою сторону, и я смущенно прикрыла лицо рукой. Заиграла минусовка, парень начал петь. Смелая попытка. Ребята за соседним столиком заржали. Но теперь я понимала, о чем он говорил – у Элиаса вообще не было слуха. Но он пел с такой уверенностью и непринужденностью, что это не имело значения. Закончив, он поклонился:
– Спасибо всем, кто дослушал меня до конца.
Толпа засмеялась, одарив его слабыми аплодисментами. Элиас, улыбаясь, подошел ко мне.
– Ты просто звезда! – с иронией заметила я.
– Ценю ваш комплимент, фея Ника. А теперь твоя очередь.
Мое лицо вытянулось.
– Что? Нет! – я покачала головой.
– Конечно, да. Будет весело.
– Я не люблю петь на публике.
– Страхи нужно преодолевать, – он встал из-за стола и громко произнес. – Слушайте все! Эта девушка сейчас споет специально для вас!
Я дернула его за руку и прошипела:
– Что ты делаешь?
– Давайте поддержим ее!
Раздались громкие аплодисменты. Вот гад, я убью его!
– Элиас! – возмущенно воскликнула я. – Так и знала, что нельзя тебе доверять!
– Да ладно, ничего такого. Всего лишь одна песня.
Коварные голубые глаза хитро поблескивали, а я от возмущения не знала, что сказать. На меня с любопытством уставились посетители бара. Я встала из-за стола, бросив испепеляющий взгляд на Элиаса. Он лишь ободряюще улыбнулся.
Дело в том, что я ненавижу выступать перед публикой. Предпочитаю быть незаметной, не выделяться из толпы, а он меня так подставил! Черт побери!
Медленно и неуверенно подошла к микрофону, бросив негодующий взгляд на Элиаса.
Заиграла мелодия «What’s up» рок-группы «4 NonBlondes»[1] – одна из моих любимых песен, которую я знала наизусть. Я люблю петь, это моя страсть, хобби. Но не на публике. Ну да ладно. Черт с ними!
В зале стало тихо, разговоры прекратились. Я начала петь, не смотря на экран:
Мой голос становился мощнее и звучнее, раздаваясь на весь зал, но меня самой будто здесь не было. Я полностью растворилась в музыке. Эта песня вызывала во мне невообразимые чувства: легкость, радость и надежду… Вместе с тем хотелось плакать – такой микс эмоций, которые я не могла передать словами.
Отзвучали последние аккорды, и я замолчала. Несколько секунд в зале стояла тишина, потом раздались бурные аплодисменты. Кто-то даже свистнул.
– Спасибо! – поблагодарила я и направилась к Элиасу. Он был потрясен.
– Ну, что скажешь? – неуверенно спросила.
– Скажу, что тебя нужно наказать, – медленно произнес он.
– За что?
– За то, что ты прячешь такой фантастический голос от людей!
– Я ненавижу выступать перед публикой.
Я села за столик. Он прикоснулся к моей руке.
– Да кого это волнует? С таким божественным голосом ты просто обязана петь на сцене.
В его словах было столько искренности и восхищения, что я невольно улыбнулась.
– Спасибо за комплимент. Но я предпочитаю пение как хобби.
– Теперь ты мне еще больше нравишься, фея.
Я рассмеялась.
– Тебе, похоже, вообще легко понравиться.
– Поверь, это не так! – серьезно возразил он.
