– В данном случае я почти на 100% уверен в нем. Если традиции Урсов и клана Раррсов не изменились, то его слову можно верить. У Урсов вообще, а у клана Раррсов – особенно чтили клятвы. Он назвал меня «Мой князь», и тем самым подтвердил, что клятва, принесенная его предком, в силе. Его предки принесли клятву верности Ярым – еще отцу моего отца. И никогда не давали повода усомниться в соблюдении этой клятвы. Взамен я предоставил им право свободной торговли в Сиберии, и, если я правильно понимаю, то Тиборрна пригласили на совет, чтобы объявить о прекращении действия этого разрешения в связи с признанием рода Ярых погибшим.
– Ага, и теперь очень вовремя появляемся мы, и просим помочь нам. Не покажется ли такое стечение обстоятельств подозрительным?
– Федор, помните, я говорил Вам, что верю в судьбу?
– Конечно.
– Ну так вот, веру в судьбу я перенял у Урсов. Они неистово верят в судьбоносность того, что их переселили именно на Ур. Что именно Сиберии было суждено вступить с ними в контакт, что Сиберия переселила Урсов именно на Герраи. Более чем уверен, что Тиборрн считает нашу встречу тоже предопределенной судьбой.
– Ох, и не люблю я связываться с фанатиками.
– Урсы – не фанатики. Они верят в судьбу. Но при этом – у них есть поговорка: «Если судьбой предначертано, что ты умрешь с клыками во рту, не стоит пытаться перекусить ими меч. Ты же не знаешь, с чьими клыками во рту ты погибнешь». Так что они не ждут милости от судьбы, всегда борются за свою жизнь, но при этом верят в то, что главные события в жизни их народа предопределены. А в мелочи судьба не вмешивается. У них есть древняя книга, в которой, как они уверены, были предсказаны события, влияющие на судьбу всего народа Урсов, они называют ее «книга предназначений». Но в остальной жизни они материалисты, верящие в науку и труд. Просто я помню, что, когда я улетал отсюда в начале войны с насекомыми, Рабор, предок Тиборрна, сказал мне, что мое возвращение предсказано в их священной книге, и они будут меня ждать.
– И Вы просто воспользовались этим?
– Если мое возвращение действительно предсказано, в чем лично я сомневаюсь, то я не вижу причин не возвращаться к ним. Я же тоже верю в судьбу.
– Такой подход к жизни имеет право быть, на Земле многие с таким же взглядом верят в Бога. Тут главное – без фанатизма.
– Поверьте, Федор, узнав Урсов, Вы поймете, что, несмотря на веру в судьбоносность событий, связанных со всем их народом, они скептики в вопросах повседневной жизни.
Корабль Тиборрна совершил прыжок, и почти сразу вышел с нами на связь. Тиборрн нашел для нас одну верфь, принадлежащую его клану. Она находится в соседней с Герраей системе. Он уже отдал распоряжение о подготовке к принятию корабля, и предоставлению полного доступа к оборудованию. Естественно, маскировку нам придется отключить. Но на Верфи работают члены его клана, и он гарантирует, что никто не будет болтать о необычном корабле. Ему надо сначала попасть на Герраи, после чего он прилетит к нам, чтобы поговорить с Ронаном, нам же незачем делать крюк, и мы можем двигаться к верфи напрямую. Спорить мы не стали, просчитав минимальное время, которое понадобится кораблю на прыжковых двигателях, чтобы добраться до верфи, мы ушли в гипер, чтобы потом уже возле верфи дождаться расчетного времени. Все появившееся время я провел, изучая базы данных по гипердвигателям. Мне необходимо было разобраться в принципах работы прыжкового гипердвигателя, чтобы интегрировать его в Джаго. В один из вечеров, после очередного мозгового штурма, Светозар поинтересовался:
– Федор, объясни, почему ты не привлекаешь к этой работе Сирену или Лану? Они же специально созданы для решения вот таких задач?
– Понимаешь, Светозар, не знаю почему, но Сирена и Лана не могут генерировать новые идеи. У меня была попытка привлечь Сирену к разработке защитных боевых скафандров для синтетиков, и из этого ничего не вышло. Она словно на стену наталкивается при попытке создать что-то новое.
– Федор, ты менял первичные настройки в алгоритмах эвристического анализа своих помощниц?
– Вообще не понял, про что ты сейчас говоришь.
– У Сирены и Ланы был выбран режим накопления данных для эвристического анализа. После накопления данных в каждой области им надо открывать возможность применения эвристического анализа. Желательно – в тех областях, для которых используется синтетик. Это тебе рассказывала Живана.
Я попытался вспомнить, но ничего не получалось, я не помнил вообще того, чтобы мы с Живаной это обсуждали.
– Странно, не помню такого разговора, и как я могу это сделать?
– С помощью саркофагов управления. Ты же единственный с правами Администрирования, и, если ты не помнишь этого разговора, то напомню тебе еще кое-что: Живана настаивала, чтобы ты не давал своим синтетикам прав администрирования к управляющим саркофагам. Это, в теории, может привести к развитию свободного искина. Искины, и я в том числе – не должны иметь возможности самостоятельно определять свой путь развития.
