— Элла, да я сейчас квантовую теорию гравитации на куски разнесу…
— Всем привет! Я уже трусы поменял. Теперь красненькие, очень элегантно.
— И даже если не трогать квантовый принцип, все равно есть резервы для миниатюризации гипер движка.
— Эй, девчонки, я трусы поменял! Ааа, ладно…
— Конечно, Джимми, для тебя Мейнхард не авторитет.
— Я этого не утверждал. Но может же он один раз ошибиться?
— Джимми, я решил…
— Решай следующую. Элла, ты неправа. Надо быть открытым новому, сколько можно цепляться за устарелые представления о мире!
— Йол, ты бы сиськи снял…
— Это не новые представления, это экстремизм какой-то! Фундаментальная наука…
— Фундаментальная наука — фуфло!
— Смирно! — выкрикнула Элла, выполняя свой долг дежурного. В комнату отдыха вошел дежурный по академии. Сегодня это был Каримбе.
— Разрешите доложить, за время моего дежурства происшествий не было. Дежурный по учебной роте курсант Покацки.
— Вольно, курсант. Продолжайте.
— Ээ, сэр?
— Ну, я тут слышал что-то про ошибочность фундаментальной науки… и о квантовой теории гравитации… Йол, это вы выдвинули гипотезу? — Каримбе заинтересованно потер руки.
— Ммм… да, сэр, теория квантованости гравитации основана на неверных постулатах.
— И как же вы это докажете? Кстати, что это у вас на груди?
— Извините, сэр. — Йол покраснел и сорвал с себя "сиськин симулятор": — Но все дело в точке отчета, сэр, если мы развернем основную переменную не вдоль построения графика кривой Мейнхарад, а проведя ось, началом координат которой будет служить… вот здесь, сэр.
— Интересно… интересно мыслите, молодой человек. А как же основные постулаты Мейнхарда?
— Они же экспериментально не проверялись!
— Вы знаете почему.
— Знаю, сэр, потому что для этого понадобилось энергии океан и планетарные массы, но нельзя же исходить только из наблюдений! — и Йол с Каримбе с головой погрузились в дебаты. Через некоторое время Йол перестал называть Каримбе "сэр" и стал постоянно перебивать, а Каримбе обозвал Йола "тупоголовым примитивом."
— Думаю нам пора спать. Все равно сегодня уже ничего не выучим. — сказал Итан: — Элла, проследи, чтобы они друг друга не съели. Завтра нам в увольнение, надо выспаться.
— Ага. Спокойной ночи. — и они побрели в спальные помещения.
— Повторяю еще раз — правила для всех курсантов абсолютно одинаковы. Никаких драк. Никаких конфликтов будь то с гражданскими лицами или с армейскими ублюдками. При появлении патруля старший группы отдает честь и представляет группу. Никакой выпивки. Никаких стимуляторов или имплантантов. Ваше поведение — наше лицо, а оно и без того безобразное. Если кто-то хочет залезть на гражданских девушку или парня все должно делаться по-флотски: быстро, четко и не привлекая лишнего внимания. Всем ясно?! — дежурным по академии сегодня был преподаватель строевой подготовки, маразматик и самодур Богомилов, и он вовсю веселился, проводя инструктаж курсантам перед выходом в увольнение.
— Далее. Тут у нас учатся некоторые богатенькие сынки и дочки. Всякие там дискотеки и прочие развраты. Это понятно, что где у вас совесть была, там член вырос, но позорить честь офицера Императорского флота я не дам! Пусть даже будущую. Теперь девочки, наматывайте на ус. Там, в большом мире ходят всякие типы, которым хлебом не корми, дай под юбку офицеру залезть. Мундир их видите ли возбуждает. Боевая задача — таким не давать! У вас есть боевые товарищи и коллеги курсанты. На худой конец найдите офицера флота в увольнении, ну или там служащего какого-нибудь. И не надо мне тут валить с больной головы на здоровую задницу. Если насилуют — определить местоположение, вызвать патруль и измудохать засранца знаниями рукопашного боя или бегом по пересеченной местности. Ясно? — Богомилов остановился и вперил взгляд своих глаз прямо в Перси, стоящего навытяжку.
— И потом. Не надо думать, что я не понимаю, зачем вы тут все собрались в увольнение. Думаете, что дурак Богомилов здесь останется, так что можно спиртное пьянствовать и безобразия хулиганить. Не выйдет. Я вас всех по приходу в расположение лично обнюхаю. Девушек дважды. Мне тут происшествия не нужны, а если нужны, так радостные. Ну, там, например курсант Дорбан научился правильно винтовку держать, или Йол наконец перестал своим товарищам в строю пятки отдавливать. Или вы наконец песню строевую выучили, а то мычите как коровы на пастбище. Я бы на вашем месте, пока строевую не выучил в город постеснялся выходить. А то встретит вас сегодня в кабаке Окки Лауне и спросит — курсант а вы песню какую-нибудь знаете, а вы будете как баран стоять и крыльями размахивать. Я ясно выражаюсь?
— Так точно, сэр! — рявкнули сорок глоток.
— Так. — сказал Богомилов, смягчаясь. Он очень любил, когда уши закладывало от рева. Поговаривали, что ранее тот служил в гвардейских частях, непосредственно при дворе императора. Потому и стал таким солдафоном. Но Перси, зная неприязнь между флотскими и армейскими частями, не очень верил в это.
