В череде развлечений, предлагаемых летней жизнью, не забывалось и любимое занятие – чтение, благо в Ильинском имелась прекрасная библиотека. Она разместилась в красивом псевдоготическом здании в виде маленького замка с двумя зубчатыми башнями. Эта причудливая постройка XVIII века, задуманная первоначально как обсерватория, использовалась прежними хозяевами для бильярдной и карточной игры, и только вкусы Сергея Александровича превратили ее в сокровищницу знаний. Среди томов с золочеными корешками и великокняжескими вензелями на экслибрисах встречались старинные фолианты и альбомы по искусству с великолепными гравюрами, редкие издания и новинки исторических трудов, увлекательные, но малоинтересные хозяевам французские романы в пестрых переплетах «под ситец».
Точно так же в досуге Елизаветы оставалось и рисование. От уроков с учителем, приходившим два раза в неделю, она сразу переходила к практике. Расписывала двери и деревянную посуду, рисовала акварельные натюрморты, принимала участие в изготовлении декораций для домашних любительских постановок. Бралась и за портреты знакомых. Об уровне ее способностей может свидетельствовать более поздний, 1897 года, графический рисунок, изображающий сестру Аликс. Строгий, классический и вместе с тем очень живой, передающий помимо сходства частичку внутреннего мира Александры Федоровны. Свои творческие силы Елизавета испробует в разных стилях и в разной технике. Когда в Москве в 1898 году над ее образом трудился художник и скульптор Паоло Трубецкой (большую часть жизни проведший в Италии, автор знаменитого петербургского памятника Александру III), увлеченная его импрессионистской манерой, она возьмется за подражание. О результатах напишет Сергею: «Пыталась нарисовать свой портрет, смотрясь в зеркало, a l’impressioniste, это оказалось вовсе не легко, хотя выражение лица схватывается быстро». Тем же летом в Царском Селе ее заинтересует живопись пастелью, и уехавший по делам супруг станет получать доверительные сообщения: «Собираюсь рисовать портрет Элен (Шереметевой. –
Сергей Александрович внимательно наблюдал за творческой работой жены. Что-то, как тонкий ценитель, одобрял, а что-то мог и раскритиковать. Законченный портрет Элен Шереметевой ему не понравился, и неудачу он объяснил тем, что Елизавета «работала лениво». Зато рисунки цветов на золотом фоне удостоились его похвалы, а смелый замысел супруги написать портрет своей фрейлины Екатерины Козляниновой масляными красками, равно как и первые успехи в этом деле вызвали его уважение.
Творческий дух в имении поддерживали и периодически гостившие здесь художники. По приглашению Сергея Александровича в Ильинском побывал его любимый русский живописец В. М. Васнецов, несколько акварелей создал здесь А. Н. Бенуа. Лучшие ученики Московского училища живописи, ваяния и зодчества, состоявшего под патронажем Великого князя, приезжали сюда на этюды, после чего на Рождественской выставке Сергей и Елизавета могли, в качестве поощрения, купить что-то из понравившихся работ.
Но вот скрашенные искусством и литературой вечера постепенно становились короче и холоднее, время отдыха неумолимо близилось к концу. Ильинское с грустью покидали, однако, если предоставлялась возможность, осенью вновь выезжали на природу, на сей раз в Усово – старинное, XVIII века, имение в том же, что и Ильинское, Звенигородском уезде. Из всех его прежних владельцев наиболее известны Хрущевы, те, что построили на Пречистенке особняк, ныне занимаемый музеем Пушкина. И московский дом, и загородное имение для них спроектировал архитектор А. Григорьев, крупный мастер русского ампира. В 1867 году удельное ведомство купило Усово у генерал-майора Казакова для императрицы Марии Александровны, а в 1882 году оно перешло вместе с Ильинским в собственность Великого князя Сергея Александровича.
