Арон(готовится сокрушить еще что-то). Где золото?
Элька. Я же говорю: не нашли мы этого дерева. Наверно, и в самом деле во время войны жители копали, искали золото в могилах, все там было разбито и перевернуто… Ни одного памятника целого не осталось… И вот, оттого что вся земля была перерыта и перекопана, выросло много новых деревьев… Настоящий лес. Нашего деревца мы так и не нашли. Вы совсем маленькие были, я не хотела, чтобы вы оставались на этой проклятой земле, увезла вас в Эрец-Исраэль…
Арон. Я тебе не верю! Ты хочешь сказать, что…
Элька. Золото не тут. Можешь обыскать всю Яффу, весь Израиль – здесь его нет.
Арон. Так где же оно?!
Элька. Там, на кладбище. Дядя Яков, он остался, он ищет. Роет и ищет. По ночам, когда никто не видит…
Арон. Неправда! Неправда… Это ты нарочно выдумала…
Лили(по-прежнему с ребеночком на руках). Такие вещи невозможно выдумать.
Арон. Как?.. Все эти годы, все эти рассказы… Все наши планы?.. Золото! Золото – это тут было самое верное, самое надежное! Где же оно?.. (Кружит, как безумный, по магазину, толкает, двигает, переворачивает мебель.) Я все разнесу! Разобью в щепы, разберу на части! (Указывает на диван.) Сдеру с него шкуру! (Останавливается, хватается за голову.) Я с себя сдеру шкуру!.. Где оно, где наше золото?..
Элька(подходит к нему, как будто хочет успокоить, утешить). Хватит тебе, хватит!.. Нету тут золота, нет! Ну, убей меня, раздери на куски, выверни наизнанку – пойми: чего нет, того нет!..
Арон. Нету… Нет?.. Но где же оно? Где?.. (Останавливается, словно начинает осознавать что-то, видит Малию, говорит зло и подавленно.) Уходи, слышишь?
Малия(подходит к Лили, чтобы взять у нее ребенка, Лили не хочет отдавать его, отступает). В чем дело?
Лили ничего не говорит, еще крепче прижимает к себе мальчика, пятится от Малии.
Арон(криво усмехается). Подумать только, ты… Ты?.. Хочешь его? Вообще способна чего-то хотеть?..
Лили отдает ребенка Малие. Малия сажает его в коляску и выходит. Песах взирает на учиненный Ароном разгром, подходит к лежащему на боку холодильнику, хочет поднять его.
Оставь!
Песах берет свои вещи и выходит. Элька вскакивает остановить его.
Сиди спокойно, я подниму. Все подниму…
Элька опускается в кресло-качалку, кресло раскачивается, Элька пытается встать, не может, постепенно смиряется и затихает.
(Усмехается, качает головой.) Золото!.. Как я не догадался? Не заподозрил? Ну да, действительно, конца истории мы никогда не слышали… Засыпали… Или она сама засыпала?.. Мы не задавали вопросов. Рассказ кончался, золото оставалось. Золото не могло исчезнуть. Это ж было такое, с чем она в жизни не расстанется! «Если только действительно понадобится»… Это ее «действительно»!.. Разумеется: не дает, обеими руками держит, значит, оно существует! Наверняка существует. (Эльке.) Для чего ты это делала, а? Вся эта выдумка – для чего?!
Элька. Выдумка? Это не выдумка – оно есть, там!..
Арон. Где? В ночи? В твоих снах? Поджидает нас, когда уснем?
Элька. Дядя Яков… Когда-нибудь он ведь найдет. Нужно время… Чем больше он роет, тем больше вырастает деревьев… Но ведь в конце концов он найдет… И тогда он приедет сюда – с этим золотом. Он обязательно приедет. Он всегда любил меня, я была младшая…
Арон(усмехается, но уже без прежней свирепости, даже снисходительно). Да? Скажи еще раз…
Элька. Да, он всегда любил меня.
Арон. Правда? Любил тебя? Тебя?..
Элька. Я ведь была младшая…
Арон(оглядывается вокруг). Какой погром! Неплохо поработал, а? Не бойся, я подниму… Все: нет золота, не за чем больше ехать в Нью-Йорк… Ну что ж, попрошусь к тебе в помощники. Буду торговать тут, в этом хлеву… А если буду хорошим мальчиком, ты, может, даже позволишь мне сделать кой-какие усовершенствования, выкинуть часть барахла, правда? Ты знаешь, мать, ты ужасная прохиндейка. Ты ведь всего-навсего сменила лошадей! Раньше был он, теперь буду я.
