Элла полностью

5) Он раскрутил свою карьеру журналиста-фрилансера серией репортажей о местном полтергейсте в «Оксфорд Джорнэл», но впал в ярость, когда скептик-редактор приглушил краски в тех местах, где речь шла о наиболее удивительных призрачных феноменах.

6) Будучи малость помешан на здоровой диете, он никогда не прикасается к молочным продуктам и пище, в основе которой лежит пшеница… но определенно не является при этом вегетарианцем, и любит впиться зубами в сочный бифштекс с кровью.

7) В возрасте четырнадцати лет он был отправлен в пансион Лютеранской Академии в Тикстоне, Йоркшир, где преуспел по всем предметам.

8) В Оксфорде он заигрывал с римским католицизмом, спиритуализмом, и Кампанией за ядерное разоружение. Но никогда не позволял побочным интересам мешать учебе, и окончил колледж лидером в области психологии.

9) Его родители, Гунтар Эйнарсон и Рут Фридман, поженились в 1964 году. В соответствии с семейными традициями отца-исландца, Питер был назван «сыном Гунтара» — Гунтарссоном, но незадолго до сдачи экзаменов на аттестат средней школы в йоркширском пансионе в 1988 году, он изменил написание фамилии, выпустив одно «с».

10) Деньги для него — не проблема. Его отец, миллионер Гунтар Эйнарсон, обеспечил его лондонской квартирой, и на совершеннолетие подарил ему пакет акций, «потянувший» на шестизначную сумму, который, как хвалится Гунтарсон, он продал, вложив вырученные деньги в оффшорные облигации, облагаемые низким налогом.

Элла сидела за письменным столом в большой комнате, правая рука ее, согнутая в локте, прикрывала от посторонних глаз листок бумаги, а голова лежала на кулаке. Зажав левой рукой шариковую ручку, она выводила на бумаге жирные черные круги и линии. Это продолжалось уже около трех часов. Вокруг стула на полу валялись двенадцать или пятнадцать листков, густо покрытых тем же узором.

Почти касаясь лицом бумаги, Элла не видела, что рисует. Непрестанное замедленное движение ручки было механическим. Смотрела она на кое-что другое.

Она смотрела на то, что видел Питер Гунтарсон.

Она видела мир его глазами.

Началось с того, что Элла просто рисовала в воображении те места в доме, где он находился. Пока он исследовал комнаты третьего этажа, или рылся в сыроватой библиотеке, располагавшейся в соседней комнате, Элла, оставаясь в гостиной вместе с матерью, мысленно сопровождала его.

Джульетта уселась перед телевизором, когда еще не было шести Утра, сказав, что не может заснуть. Она сказала, что позавтракала еще до того, как уехал Кен, и до того, как встали все остальные. Она пила, и сегодня даже не пыталась это скрыть.

Последние часа два Джульетта что-то говорила. Может быть, с кем-то разговаривала по телефону. Элле было все равно, она не прислушивалась.

Когда Питер выбрал себе книгу, она как будто бы увидела ее в завитках тени под собственной ладонью. Не то чтобы увидела — не так, как если бы книга была у нее в руках. Но все зрительные ощущения были те же: потертые сгибы корешка, осыпающиеся позолоченные буквы, пятна влажности, как морщинки на подкладке пиджака.

Он переворачивал страницы, и строчки шрифта были отчетливо видны. Его глаза скользили по ним слишком быстро для нее, чтобы разобрать слова, но она чувствовала, что он их читает.