За несколько минут до начала торжества Эллис удалось поймать Элгара в коридорах замка. Юноша был чертовски хорош в новом военном камзоле, с алыми лацканами. Непослушные русые пряди были выпрямлены и аккуратно уложены. Так непривычно Эллис показалось видеть эти золотые колечки в таком порядке. Эл выглядел старше лет на десять, и его это, кажется, тоже не радовало. Парню явно неуютно было в строгом мундире, застегнутом под самое горло. Непривычно ограниченная свобода. Эллис представила себя в таком наряде и искренне посочувствовала Элгару.
— Готов?.. — с улыбкой повела бровью принцесса.
— Угу. Взорваться и содрать с себя этот ошейник… — буркнул парень, оттягивая пальцами воротник, но все же улыбнулся Эллис в ответ.
— Потерпи. Главное — пару часов продержаться.
— А, — махнул рукой Эл, — Идем. Чем скорее начнут, тем скорее закончится этот дурацкий маскарад.
— Между прочим, этот «дурацкий маскарад» в твою честь! — сделал замечание голос позади них.
Эллаирис обернулась и лишь распахнула рот от возмущения. Привыкнуть к тому, что отец постоянно подслушивает и следит за ней, принцесса не могла и не хотела.
— Сир, — коротко поклонился Эл, приветствуя Императора, и пропустил вперед.
— Более того, эта церемония для тебя важнее, чем для всех здесь собравшихся… вместе взятых, — продолжил мысль Рашид, подставляя дочери руку, чтобы сопроводить в зал, но Эллис демонстративно ускорила шаг и вскоре скрылась за поворотом к лестнице.
Она гадала, случайно ли отец появился так не вовремя? Или же почувствовал, что она хочет выведать у Элгара правду о предстоящем обряде?..
По обыкновению рядом с королевской семьей за столом по правую руку сидели родители Элгара — Верити и Грэг. Старый вампир и бывший пират никогда не утруждал себя излишними манерами и строгими канонами придворного гардероба, но сегодня был в белоснежной рубашке. Видимо, сын для него значил гораздо больше, чем собственные принципы. Грэг пребывал в прекрасном расположении духа, и потому, как обычно перекидывался с отцом Эллис темными анекдотами и «мужскими» шуточками. Однако мать Элгара… Принцесса подалась чуть назад от стола, чтобы приглядеться к крестной повнимательнее. Верити явно была не в духе. Взволнованна и будто бы даже напугана! Даже Рашид уже расслабился! Хотя возможно, он просто нацепил маску спокойствия, чтобы никто ничего не заподозрил. Но Верити явно была не в силах скрывать свое состояние. Сидящая рядом с ней рыжеволосая вампирша взяла ее за руку. Эллис брезгливо отвернулась.
Началась официальная часть. Император взошел на цилиндрическую трибуну в центре зала и начал торжественную речь, посвященную Родителям Эла, а потом и ему самому. Зал реагировал живо, восхищенно, с трепетом ожидая обряда. Рашид подозвал юношу и в воцарившейся тишине начал читать знакомое Эллис заклинание о «восхождении личности на новую ступень жизни». Все шло в точности, как не ее инициации… пока Элгар по приказу Императора не расстегнул удушающий воротник и не сорвал с шеи амулет.
— Сим завершается моя власть над тобой, и эгрэгор Тьмы возвращает тебе силу, мой мальчик! Теперь ты готов к ней, Элгар! Прими ее… — провозгласил Рашид, улыбнулся испуганному мальчишке и швырнул амулет об пол.
Прозрачная голубая сфера разлетелась вдребезги, а над осколками заклубилась мерцающая дымка. Собралась, закружилась в смерч и в один миг, словно по команде, устремилась в грудь Элгара ослепительно ярким потоком. Исчезла в нем… Юноша оправил камзол и с содроганием выдохнул. А вслед за ним, казалось, и весь зал. Рашид вдохновлено улыбнулся, любуясь переливами новой ауры Элгара. Для смертных в этом зале не свершилось ничего необычного. Для того чтобы выродок мог дожить до момента инициации и не навредить ни себе, ни окружающим, его лишили силы, а теперь вернули. Все логично… если не считать того, что все хищники во дворце чувствовали теперь в ауре Элгара необычайную концентрацию этой силы, магический потенциал, совершенно не характерный ни для волков, ни для полукровок!
Церемония должна была завершиться грандиозным салютом, но закончилась грандиозным скандалом. Император не посчитал нужным объяснять что-либо. По дворцу поползли слухи. Немыслимое количество домыслов и предположений. Правду знали только четверо. Две правящие семьи Зордании. Но они поклялись, что больше никто и никогда о ней не узнает.
Осознав масштабы разросшихся заблуждений, через месяц Рашид сжалился над подданными и бросил им туманную версию об «остаточном явлении эгрэгора Тьмы». Придворные окончательно растерялись, но поумерили фантазию, решив, что и сам император не знает точную причину. Однако Эллис была абсолютно уверена, что это не так.
Освободившись от занятий, она отправилась ранним вечером в его покои, чтобы прояснить загадку раз и навсегда. Императрицу пытать на эту тему было совершенно бесполезно. Мать замыкалась в себе и уходила в глубокую медитацию каждый раз, когда боялась проговориться о чем-либо важном. Принцесса приблизилась к двери отцовской спальни и собиралась постучать, но замерла, услышав знакомый женский голос.