Пару мгновений друзья смотрели друг на друга, а затем расхохотались. Вот так всегда. С Лешей Максим чувствовал себя подростком, которого ничего не заботит, кроме развлечений. И все проблемы просто улетучивались. Правда, у него никогда еще в жизни не было настолько серьезных проблем, как сейчас.
«Эй, это твой друг?»
Ну вот, только вспомнил.
«Аааа, это Леша. Понятненько… Какие же вы, люди, странные! Такие необычные! Эти волосы! Они… рыжие?! И растут еще и на лице? Как интересно»
Видя, что лицо Максима омрачилось, и взгляд застыл на одной точке, Леша перестал смеяться. Он внимательно присмотрелся к другу. Когда он навещал Макса в больнице, то заметил эти неожиданные подвисания, будто Максим сосредоточенно слушает что-то, какой-то звук, который не слышат окружающие. Он будто выпадал из реальности, находясь где-то в другом месте. Это выглядело не только странно, но даже немного жутковато. И если, в больнице, только недавно отойдя от кратковременной комы, это можно было списать на последствия аварии, то сейчас, по прошествии месяца, это выглядело настораживающе.
«Если ты не перестанешь так зависать, когда я с тобой говорю, то все твои знакомые решать отправить тебя на принудительное лечение» — ехидно прозвучал голос в голове Максима.
Максим перевел взгляд с обоев, на которые уставился до этого, на друга. Тот пристально его разглядывал. Максим понял, что уже достаточно продолжительное время они сидят в тишине. И выражение лица Леши было внимательно-сосредоточенное.
«Вот-вот, именно об этом я и говорю! Веди себя естественно, если не решил вдруг все ему рассказать. А я так понимаю, что не решил. А зря. Нам бы пригодилась любая помощь»
— Макс, ты точно в порядке? — Спросил Леша.
— Да, просто задумался. Все отлично.
«Похоже, это типично для людей, не рассказывать друг другу о собственных переживаниях. Вы храните все в себе, как старые забытые и никому не нужные вещи в сундуке на чердаке, когда просто жизненно необходимо поделиться с кем-то, чтобы эти мысли тебя отпустили»
— Все отлично. — Снова повторил Максим, скорее для себя, чем для Алексея. — Так что будешь делать с подарком?
Леша усмехнулся.
— Буду упрашивать Марину кинуть мне косточку.
— Ну, ты балбес.
Улыбка Леши стала еще шире.
— Я думаю, что за прожитые совместно семь лет, она уже привыкла к этому моему недостатку. А ты тут как, чем занимаешься? Я так понимаю, ты уже начинаешь потихоньку работать? — Леша кивком головы указал на кипу бумаг, которые разбирал Максим до приезда друга. — Разве не рановато?
— Ага, от безделья, чтобы совсем мозг не атрофировался. Легкое чтиво, так сказать. А то тут можно только журналы разглядывать, да музыку слушать, выходить на долгие прогулки я пока не рискую.
По обоюдному согласию, считая, что телевизор просто засоряет мозг, Максим не стал приобретать в гостиную столь привычный многим атрибут. А ноутбук Лена отвезла на работу с целью контроля над его выздоровлением, справедливо полагая, что при доступности компьютера Максим будет нагружать себя делами.
«Ага, только развлекаешься ты, чтобы меня заглушить, вместо того, чтобы понять и принять правду! Ты разве не понимаешь, что на кону твоя жизнь!? Это очень важно! Осталось так мало времени!»
Максим сдвинул брови, и устало потер глаза, в висках от голоса в голове запульсировала боль. Он встал, прячась от вновь посерьезневшего взгляда Леши, достал из шкафчика три чашки, перенес их на стол и принялся разливать чай.
— Тебе Виталик не звонил? Что-то вообще от него давно ничего не слышу.
— Как раз сегодня и звонил, собирался к тебе заехать. Меня спрашивал, поеду ли я. У него, наконец-то, на работе подошел к концу супер важный проект. Теперь он — цитирую: «может выбраться на полдня для общения». Так что я думаю, что скоро подъедет.
«Мммм, как же я сразу не догадалась! Сейчас-то ты меня заглушить не сможешь! Как ты объяснишь Леше внезапную тягу к громкой музыке? Слушай, я понимаю, что ты не в восторге от нашего вынужденного соседства, так помоги мне, и ты избавишься от меня! Ну, давай же. Вот он — выход. Скажи, что как только Леша уйдет, то ты меня просто выслушаешь, не заглушая, и тогда я перестану мешать вашему разговору, и ты не будешь выглядеть, как псих».
Максим разлил чай и вернул чайник на место. Движение получилось напряженным и дерганным, снова привлекая внимание Леши к Максиму.
«Ну, давай! Давай! Скажи это! Про-о-осто скажи это. С-К-А-Ж-И!!»
Тон изменился с убеждающего на настойчивый, громко скандируя в голове.
«Скажи! Ска-жи! Скажискажискажи…»
Боже, у него сейчас просто голова разорвется! Максим схватил тарелку со сладостями и прямо-таки плюхнул ее перед Лешей, не встречаясь с другом взглядом. Как должно быть странно он выглядел и вел себя сейчас!
«Ооочень!! Даже я, не настолько близко знающая поведение людей, это вижу и понимаю. И если ты не согласишься, то я так и буду сводить тебя с ума! Давай же!!!! Скажискажискажи…»
— Хорошо. — Максим сам не верил, что сказал это.
— Хорошо — что? — Недоуменно спросил Леша.
— Я не тебе.
«Скажи это!!! Скажи, что ты меня выслушаешь!!! Скажи, что сделаешь, как я прошу!!»