Подняла заплаканное лицо. Она испугалась, сначала стала отползать. Потом встала и пробежала немного по берегу, меняя траекторию к воде. Тут то и наследник первого дома отмер. Кинулся за ней. Схватил, попутно что-то говоря.
Что он сделал не увидела, мама обмякла в его объятиях и они беспрепятственно улетели с ней в неизвестность.
— Ты моя, Эль — после этого раздался голос сзади — больше не позволю водить за нос.
Интонации показались знакомыми. Да и сейчас, стоя в объятиях я улавливала, что узнаю жесты. По спине побежал холодный пот.
— В наряде тёмных, ты ещё сексуальней — продолжал издеваться знакомый баритон — я счастлив, что сделаю тебя своей.
Мир перед глазами померк. Я провалилась в обморок. Последняя мысль была о моем давней друге Зигмунте. Как он в академии без меня и принесла ли ему слава счастья.
Глава 19
Приходила в сознание медленно. Чувствовала себя на удивление хорошо, будто после крепкого сна, поэтому сразу открыла глаза. Надо мной виднелся кусочек голубого неба. Я находилась в какой-то каменной постройке. Заброшенной. Стены и пол прорасли деревьями. Вместо ковра разросся яркий, зелёный мох. Посредине этого исторического великолепия стояла двуспальная кровать. Как положено, заправленная. Каждая рука привязана к угловому столбику чёрной лентой. Ноги оставались свободными. Радовало, что я не лишилась одежды, кроме ботинок. Ладно падший с дроу, которые испили тёмной силы, после этого снесло крышу. Кого ещё в окружении должна считать сумасшедшим и опасаться. И ведь чувство близости было знакомым.
— Проснулась, Эль — это прозвище резануло слух. Я немного повернула голову и наткнулась на такой знакомый взгляд.
— Зиг!!! Ты пришёл помочь? — обрадовалась ему — освободи меня!
— Это я тебя привязал и выпускать не собираюсь, пока не получу своего — меланхолично ответил мне.
Я посмотрела на старого друга по новому. От того неуверенного ботаника ничего не осталось. Внешне Зигмунт тоже изменился. Черты лица стали более мужественные, из костлявого парня, он превратился в накаченного мужчину. От влюблённого взгляда ничего не осталось. Меня рассматривали, как средство достижения удовольствия. Я ужаснулась таким переменам. Страшнее всего осознавать, что причиной стала я.
— Что с тобой произошло? Ты изменился…
— Таким я нравлюсь тебе больше? — он подлетел ко мне, наклонился поближе — любишь взрослых мальчиков? Я повзрослел, Эль, больше не буду терпеть насмешек от тебя.
— Я никогда над тобой не смеялась — тихо произнесла.
— В парке, над моими попытками ухаживать.
— Это не ухаживания! Извращение было — возмутилась несправедливости — Ты сравнил мои глаза с пучеглазкой!!!
— Я старался — повысил голос, раньше такого не наблюдалось — я любил тебя всю жизнь. Это такая мука находится рядом и не дотрагиваться. Смотреть, как общаешься и улыбаешься другим. А ты будто специально издевалась. Друг-друг.
Он поднялся и двинул кулаком в стену. От соприкосновения расползлись трещины. Признаться, меня это впечатлило. Мы помолчали, думая каждый о своём.
— Отпусти, Зиг, мне нужно спасать маму — просила я — произойдёт ужасная ошибка.
— Ты для всех умерла, Эль — обернулся он — я много усилий приложил к этому и поворачивать назад не намерен.
Внутри оборвалась струна надежды. Сейчас даже возможности посмотреть на татуировки не было. Если они пропали, значит и правда назад пути нет.
В это время Зиг решил действовать. Из ниши в стене достал чёрную свечу, зажёг её от лучины, которую взял оттуда же. Встал напротив меня. Произнёс которое заклинание и окропил свечу каплей крови. Как сделал порез себе не заметила. Меня ужаснуло другое:
— Зигмунт! Ты колдун?!?
Не обращая на моё восклицание, новоявленный тёмный, нараспев, произнёс ещё одно заклинание. Одежда на мне начала расползаться, оголяя тело. Я скрестила ноги и прижала к себе. Подозрительное шуршание, заставило опустить их в сторону и взглянуть на Зига. Тот раздевался. Через голову скинул мантию, под ней оказались свободные штаны, которые Зиг тоже снял.
Я его рассматривала, он мне позволил это делать. Не шевелился, не ехидричал или заигрывал. Я лежала перед ним обнажённая, словно…..словно так и должно быть. Мне намекала об этом Лизетта. Зиг уселся на кровать, вернул мои ноги, как раньше лежали и уместился между ними. Погладил от щиколотки до бедра, сначала одну ногу, потом другую.
— Когда я узнал, что ты бросила академию, мне отец вечером сказал, был в бешенстве. В тот день я видел, как ты сидела с тёмными за столом. Смеялась, тебе было хорошо. Я пошёл за тобой, искал. Хотел ещё раз извиниться — он провёл ладонями по внутренним сторонам бедра — а увидел тебя целующуюся с дроу. Тогда-то я и понял, как сделать тебя своей.
— Стать тёмным?
