Задача властей заключается в том, чтобы не оставить ни одного клочка пригодной земли не засеянным, но не задеть при этом тех групп населения, которые работают на казну. Парижский папирус свидетельствует о тяжелом экономическом положении не только беднейших земледельцев, но и владеющих 5 или 7 арурами земли. Принудительная аренда земли должна была, по мысли правителей, улучшить положение. Но, как видно из гневных писем диойкета, эта мера привела прежде всего к недовольству μάχιμοι, игравших теперь важную роль в государстве, так как численность их возросла и им поручались ответственные операции. Положение μάχιμοι и без того было тяжелое, так как «большинство» вынуждено было закладывать под ростовщические проценты свой будущий доход. А ведь 5 или 7 арур превышают ту среднюю норму, которой мог владеть рядовой земледелец; положение последнего было, следовательно, еще хуже.
Усиление административного нажима не могло дать серьезных результатов и вело лишь к окончательному разорению слабых хозяйств, к бегству земледельцев, к уходу в разбой. Другие пытались устроиться в войске, и Герод предупреждает, чтобы никому из тех, на кого возлагается новая повинность, не позволили вступить в войско (строка 162).
Положение осложнялось том, что дворцовые передряги и перевороты втягивали население в междоусобные войны. В 131 г. египтянин Паос, командующий войском в Фиваиде, совершает поход против мятежников (ἀποστάτας) в Гермонтис (W. 10). В 123 г. происходила настоящая война между Гермонтисом и Крокодилополем (W. 11). Это также вело к запустению земли, к уменьшению народонаселения. Остающиеся на местах не вносят причитающихся с них платежей. Р. Tebt. 6 содержит плохо сохранившуюся жалобу жрецов и ответный царский декрет (140/39 г.). Декрет адресован «стратегам, начальникам гарнизонов, командирам полицейских отрядов, главным начальникам полиции (ἀρχιφυλακίταις), эпимелетам, экономам, царским писцам и прочим должностным лицам». Эконом, бывший ранее одним из важнейших, если не важнейшие лицом в номе, занимает здесь едва ли не последнее место, первыми названы военные и полицейские власти; это говорит об усилении полицейского режима. Жрецы жалуются на то, что им мешают получать регулярно их доходы[163]; лица, арендующие землю на длительные сроки, а также привлекаемые к работе на земле насильно, без договора (βιαζομένως ἄνευ συναλλάξεως), не вносят причитающихся взносов; другие присваивают себе то, что полагается храму и даже занимают храмовые помещения, «вопреки обычаю». Декрет предписывает принять меры принуждения так, чтобы жрецы получали все полностью. Важно отметить здесь, с одной стороны, насильственное привлечение на работу без договора, а с другой – удлинение срока аренды.
Правительство пыталось прибегать не только к принудительным, но и к поощрительным мерам. Все большее количество земли отдается клерухам, притом им предоставляется более широкое право владения участком. В одном из шести указов Р. Tebt. 124 (около 118 г.) мы читаем (строка 25): μένειν δὲ ἡμῖν καὶ ἐκγόνοις κυρίως τοὺς κατεσχη[μένους] κλ[ήρους] – клеры закрепляются за клерухами и их потомками. В более позднее время, в папирусе I в., мы находим дальнейшую эволюцию: если клерух умер без завещания, участок переходит к ближайшему родственнику; таким образом, клер становится наследственным[164]. В декрете об амнистии 118 г. (Р. Tebt. 5) объявляется о прощении всех недоимок с земледельцев, кроме тех, кто снимает в наследственную аренду с внесением залога (τῶν μεμισθωμένων εἰς τὸ πατρικὸν ὑπὲρ ὧν διεγγύημα ὑπάρχει). Большие участки пустошей (χέρσος ἀφορολόγητος) сдаются храмам на 20 лет на льготных условиях: первые 5 лет они пользуются землей бесплатно, следующие 5 лет они вносят уменьшенную плату (Р. Tebt. 737, 136 г.).
