Аэрлин не пыталась скрыть свои слезы, только не перед ним, не перед тем единственным, который всегда принимал ее такой, какой она была. Рядом с ним всегда можно было быть самой собой, показать свою слабость, открыть все потаенные уголки души. И он никогда не отвернется, не будет судить или порицать. Только не он.
Они уже столько лет вместе, Аэрлин родила своему мужу пятерых детей, а страсть до сих пор не угасла. Наоборот, сейчас, спустя полжизни, что они провели вместе, любовь, возникшая в годы юности, стала еще крепче, еще сильнее, еще ярче. Если тогда, когда богиня судьбы впервые свела их вместе, она еще могла уйти, как поступали все ее сестры, и смогла бы жить вдали, пусть с вечной болью в сердце, то теперь, разлука означала бы для нее смерть. В нем, в этом высоком и сильном мужчине, заключался весь ее мир. И Аэрлин только теперь стала понимать, как это важно найти в жизни свою половинку.
— Солнце мое, — князь нежно привлек жену к себе и погладил по темным, растрепанным волосам. — Надо верить.
— А если, если ее уже нет? — голос дрогнул, мать до последнего не хотела верить в то, что ее ребенка может настигнуть смерть.
— Ты же сама понимаешь, что это не так. Рунная вязь на запястье кронпринца потемнела бы. Император сообщил бы нам сразу.
— Император, — Аэрлин некрасиво скривилась. — Вечно эти дарканцы все портят. Их жажда власти никогда не приносила ничего хорошего, одни беды. Вспомни хотя бы Морайскую империю.
— Перестань, — князь снова погладил жену по волосам. — Это ни к чему не приведет. Не трави себе душу.
— Но Лоррелин похитили из-за помолвки с кронпринцем, — не унималась Аэрлин. — Да и это приглашение от падарского князя… Все это очень подозрительно, не находишь?
— Не говори глупости. Мы еще не знаем, кто сподобился на такое преступление, няню Лоррелин нашли с перерезанным горлом, возможно, что она под внушением передала ребенка похитителям. И потом, с чего ты взяла, что это из-за помолвки? Может быть, все это отголоски нашего с тобой прошлого? — князь все еще пытался найти причины, перебирал варианты. Ему не хотелось верить в то, что единственная дочка стала разменной монетой в борьбе за власть в Дарканской империи. Ведь в таком случае, найти ребенка будет весьма сложно, если не сказать — невозможно.
— Потому что все это странно! — Аэрлин притопнула изящной ножкой. Она уже нашла решение и виновника и теперь не хотела слышать ничего, что не подходило бы под эту версию. — Император так хотел этого, давил и торопился. Лори ведь едва год исполнился, а он настоял на рунной вязи для детей, — женщина прижалась к мужу и спрятала лицо у него на груди, стремясь спрятаться от всех невзгод. — И я с самого начала была против.
— Я знаю, — вздохнул князь, — но император Дарканской империи не тот человек, которому можно отказать. Этот союз должен был принести только пользу.
— Кому?! — Аэрлин резко высвободилась из таких родных объятий и отошла на шаг, внимательно вглядываясь в лицо мужа. — Ник, Лоррелин — дочь ведьмы! Она не сможет полюбить по приказу. А принадлежать кому-то без любви для нее равносильно самоубийству! Мы обрекли собственную дочь на страдания.
— Кронпринц еще слишком молод, кто знает, что будет в будущем? Надо лишь верить, — продолжал увещевать князь, правда он и сам не слишком верил в положительный исход событий. Но, несмотря ни на что, сначала он был правителем, а уже потом отцом. — А теперь идем в дом. Даэн отправился на поиски, всю стражу Падара подняли на ноги. Идем, мальчики очень переживают, — и с этими словами, князь ушел с террасы, прекрасно понимая, что его жене надо немного времени, чтобы привести себя в порядок.
Даже несмотря на трагедию и горе, княгиня Лантара не может позволить себе быть слабой в глазах домочадцев, тем более — собственных сыновей. Аэрлин тяжело вздохнула, тряхнула темной гривой волос, потом подняла руку и провела ладонью в воздухе перед самым лицом, стирая следы слез и своей слабости. И только после этого вошла в дом через ту же дверь, что и ее муж.
Лорд Тордаэн АртНаэр был зол. На себя, на своего старшего брата-императора, на неизвестных еще пока похитителей, на падарского князя, который вдруг ни с того, ни с сего решил пригласить правящую чету Лантара в гости, на всех и вся. Он давно привык к тому, что все вокруг происходит по его велению, а тут, на тебе… княжна похищена! Вот как так-то? Кто сподобился покуситься на похищение годовалого ребенка? Причем не просто ребенка и даже не только дочь правящей четы соседнего государства, а на невесту кронпринца, наследника трона Дарканской империи? Небывалая наглость!
