Пристально посмотрев на нее, хозяйка едва заметно улыбнулась и поспешно вышла из комнаты, только голые пятки засверкали в темноте.
В серых предрассветных сумерках дорога дрожала от грохота копыт. Шестьдесят конных рыцарей Аталантара, поблескивая лучшими боевыми доспехами, направлялись на запад на битву. Скакавший в середине отряда человек, на шлеме которого красовался плюмаж командующего, повернул голову к всаднику рядом с ним:
– Полагаю, ты расскажешь мне, маг, что за крайняя необходимость заставляет нас скакать уже полночи.
– Мы едем, чтобы отомстить, принц, – огрызнулся чародей Эт. – Этого достаточно или ты и дальше намерен подвергать сомнению мои приказы?
Обдумав услышанное, принц Гартос сказал:
– Нет, месть – это лучший повод для сражения. Впереди раздались крики, лошади замялись и зафыркали.
– Оставайтесь на дороге, будьте вы прокляты,– устало приказал Гартос, когда рыцари, толкая друг друга, сбились вокруг него в кучу, и отряд остановился. – Что там? – прокричал он.
– Ворота на дороге в Нартил, господин принц, и никакой охраны.
Властно взмахнув рукой, Гартос приказал всем готовиться к бою. Повинуясь, рыцари пришпорили коней и вскоре уже с грохотом неслись к Нартилу.
Покрытая мраком дорога была пуста. По обеим сторонам улицы в окнах домов и лавок не светилось ни огонька. Всадники в передних рядах чуть попридержали лошадей, тревожно вглядываясь в темноту перед собой. Городок казался сонным, но и до них долетали слухи, что иногда рыцарей сбивали с лошадей веревками, натянутыми поперек улицы. Веревок не было... и никто не пускал из-за угла стрелу... и вообще никто не бросал им никакого вызова. Если не...
Навстречу по улице брела одинокая, совсем молоденькая, худенькая женщина в поношенной одежде. В одной руке она держала кружку с горячим сидром. Женщина спокойно остановилась прямо у них на дороге и отхлебнула. Всадники перешли на шаг и загарцевали вокруг нее.
Элмара смотрела снизу вверх в суровые глаза воинов в великолепных доспехах. У облаченного в длинное одеяние человека с равнодушным взглядом оружия не было, но было понятно, что именно он верховодит отрядом.
– Доброго вам утра, – вежливо обратилась к ним девушка и снова сделала глоток. – Кто вы, прибывшие в полном вооружении в Нартил, когда честной народ еще спит?
– Я буду спрашивать, а ты будешь отвечать, и очень быстро, – огрызнулся один из воинов, разворачивая лошадь боком. Теперь он почти нависал над Элмарой. – Кто ты такая?
– Я – та, кто хочет увидеть, как надменные маги и жестокие наемники будут повергнуты, – ответила Эл, и при слове «повергнуты» ее заклинание начало действовать. Лучи мерцающего света вырвались из ее рук, поражая во всех направлениях. Там, где они касались металла доспехов или клинков, он с треском взрывался голубым пламенем, и люди как подкошенные падали с лошадей. Мир наполнился ярким светом и ржанием испуганных животных, которые, потеряв своих седоков, ускакали прочь. Перед Элмарой осталось всего два всадника. Их лица были мертвенно-бледными, вокруг них в воздухе витала поспешно сотканная завеса защитных заклинаний.
– Теперь моя очередь спрашивать, – сказала Элмара, сверкнув глазами. – Кто вы такие?
Воин медленно угрожающе обнажил меч, засиявший по всей длине магическими рунами.
– Принц Гартос Аталантарский, тот, кто убьет тебя, колдунья, еще до восхода солнца.
Пока всадник говорил, руки молчащего Верховного Чародея быстро двигались. Вдруг он вытаращил глаза: девушка исчезла. И тут его лошадь стала пятиться и оседать на задние ноги, не выдерживая навалившейся тяжести. Чародей хотел обернуться, но нос и рот ему зажала рука, другая с силой врезалась в горло.
Задыхаясь, Верховный Чародей Эт покачнулся в седле. Он почувствовал, как у него с пояса что-то сорвали. Темная земля, стремительно подскочив вверх, ударила его в висок. Королевства вихрем завертелись вокруг него, навсегда...
Не успел чародей долететь до земли, как Элмара уже соскочила с лошади. Гартос сообразил, куда магия перенесет ее, и, не теряя времени, обернулся. Зачарованный меч просвистел в воздухе над высоким седлом его спутника.
Неудачно приземлившись, Элмара отпрянула в сторону и взглянула на жезл, сорванный с пояса чародея. Ага, понятно. Грохот копыт приближался. Глядя на всадника, Элмара указала на него жезлом и в точности повторила слово, начертанное на рукояти. С шипением вырвались две переплетающиеся молнии, ударив прямо в лицо принцу Гартосу. Он запрокинул голову, зарычав от боли, и на всем скаку наугад рубанул мечом. Перекатившись, Элмара вскочила на ноги, снова указывая жезлом на человека в доспехах, и произнесла то же слово.
И опять молнии понеслись к своей цели. Закованные в металл руки задергались от боли. Меч воина, описав дугу, воткнулся в землю. Лошадь под ним поднялась на дыбы, а затем галопом понеслась прочь. Элмара видела, что сонные люди, стоя в дверях своих домов, наблюдают за схваткой. Бросив жезл на дорогу около ног, девушка направила руки на всадника и негромко проговорила несколько слов.
