Элрик посмотрел вниз. Новые тревоги, новые недоумения! Страшилища и великаны делись невесть куда, зато прямо по воздуху плыли, стремительно приближаясь, странные корабли с огромными колесами по бортам и длинными трубами, из которых валил густой черный дым. На палубах кораблей толпились исполинские птицы с хищными крючковатыми клювами и сверкающими глазами. Каждая – в черной шляпе с изображением черепа и скрещенных под ним костей и с обнаженной саблей в длинной когтистой лапе. Когда первый корабль с птицами подошел совсем близко, одна из них важно выступила вперед и гаркнула во все горло:
– Приказываю лечь в дрейф, или мы выпустим вам кишки!
– Кто это? – удивился Епископ.
– Морские ястребы, – спокойно пояснил Вертер. – Весьма кровожадные существа.
– Неужели пираты? – ужаснулась Госпожа Кристия.
Элрик пришел в смятение. Он не знал, что подумать: то ли эти морские ястребы и впрямь враги Владык Хаоса, то ли их приспешники, прикинувшиеся врагами, чтобы схватить его, Элрика, и выпустить ему кишки. Однако его растерянность длилась недолго. Впереди бой, сражение, а значит, и родная стихия!
Внизу, на высокой горе, показалась золоченая клетка замка Лорда Джеггеда Канари, освещенная тусклыми лучами блеклого солнца. Жук пошел на снижение, пронесся над маисовым полем и устремился к стоянке аэрокаров. Приземлившись, Уна Перссон направилась по длинному пандусу ко входу во дворец. У дверей ее встретил робот.
– Лорд Джеггед у себя? – спросила миссис Перссон с затаенным волнением.
– Господина нет в замке, – последовал бесстрастный ответ.
– А где он?
– Не знаю.
Уна Перссон с сожалением поняла, что большего ей не добиться. Среди слуг Лорда Джеггеда не было ни одного человека, а из роботов выжать лишнее слово было немыслимо.
Миссис Перссон задумалась: если не вернуть Элрика в свой мир, изменения в структурах времени и пространства могут принять необратимый характер. Надо торопиться, а помочь может один Лорд Джеггед – как и она сама, член гильдии Путешественников во Времени. Но как разыскать его? Оставалось одно: вернуться в двадцатый век и в Лондоне с помощью Службы Времени попробовать найти неуловимого Лорда Джеггеда.
– Положение ухудшается, – угрюмо сказал Альварес, оторвавшись от экрана компьютера и озабоченно посмотрев на утомленную Уну Перссон. – Возникла угроза пересечения различных пластов пространства и времени. Вы нашли место разрыва?
Миссис Перссон кивнула.
– Нам может помочь только Джеггед.
Пальцы сержанта заскользили по клавиатуре компьютера. Потянулись минуты тревожного ожидания. Наконец Уна Перссон услышала:
– Лорд Джеггед на Среднем Востоке, в тринадцатом веке.
Аэрокар Вертера облепили морские ястребы. Епископ Тауэр и Гэф Лошадь-в-Слезах исчезли невесть куда, и только Элрик Мелнибонэйский, Вертер и Герцог Квинский бились с исполинскими птицами, поражая их одну за другой, отчего вскоре аэрокар окутался белым облаком перьев, которые щекотали нос, лезли в уши и застилали глаза, но, несмотря на каверзные помехи, все трое теснили птиц, умножая с каждым ударом число летающих перьев.
Сражаясь плечом к плечу с Владыками Хаоса, Элрик, к своему немалому удивлению, ощутил, что более не страшится их, а, скорее, воспринимает как товарищей по оружию, хотя и дивился, что в руках у них оказались мечи, как братья-близнецы схожие с Буреносцем, а неизвестно откуда доносятся звуки величавой торжественной музыки, поистине колдовской.
Неожиданно эту музыку заглушил пронзительный вопль. Кричала Госпожа Кристия. Две исполинские птицы несли ее к своему кораблю. И тут же все ястребы покинули поле боя.
– Мы должны спасти ее! – вскричал Вертер. – Корабли уходят. В погоню!
– Может, стоить вызвать подкрепление? – спросил Элрик, восхищаясь храбростью Вертера.
– У нас нет времени, – возразил Герцог Квинский. Вертер подал команду аэрокару:
– За этими кораблями!
Аэрокар не сдвинулся с места.
– Эти птицы околдовали его, – растерянно сказал Вертер. – О, моя любовь, что станет с тобой?
Элрик снова встревожился. Может, над ним все-таки насмехаются? Возлюбленной оказывают особые знаки внимания, ухаживают за ней, а ничего похожего Элрик не наблюдал.
– Вы любите эту леди? – настороженно спросил он.
– Платонически, – со вздохом пояснил Вертер и обратился к Герцогу Квинскому:
– Что делать? Эти ястребы растерзают ее.
– Жалкие негодяи! – прорычал в ответ Герцог.
И, словно отозвавшись на этот голос, не перестававшая литься музыка сделалась тревожной и устрашающей, словно предрекая несчастье.
– Да, это – мир Хаоса, коварный и беспощадный, – прошептал Элрик.
Тем временем аэрокар неожиданно вздрогнул и пошел на посадку, приземлившись у небольшого помоста, полного музыкантов. У помоста паслись оседланные животные, схожие с лошадьми, но только горбатые и с рогами.
