- «Представляли отрывочно, - признался Вячеслав Михайлович. - Такой цельной к-картины не было. Многое получилось не т-так, как думали. Ленин, например, считал, что в п-первую очередь у нас будут уничтожены три основных врага: гнет денег, гнет капитала и гнет эксплуатации. Серьезно г-говорили о том, чтобы уже в 20-х годах с деньгами покончить».
Так я в 1998 году действительно покончил с деньгами, которые имелись у «дорогих россиян», вспомнил с ужасом Ельцин. Что же это, панимаш, я ленинский завет в действительность воплотил?!
- Ну, товарищи и господа, мне некогда теоретические абстракции дебатировать, - бесцеремонно заявил практичный Ильич. - Дела ждут, пойду к себе в призрачный Разлив.
- Анекдот хотите услышать на эту тему, герр Ленин? - попытался задержать его Ницше.
- Конечно! - Ульянов был большим ценителем юмора и сатиры.
Молотов вспомнил:
- «Ленина вижу сейчас к-как живого. Между прочим, он с-смеялся очень ярко иногда. Как к-колокольчик. Ха-ха-ха-ха-ха! Раскатисто. Если в хорошем н-настроении... Раскатисто очень, да. Он человек был, ну, не то что в-веселый, но не надутый, чувство юмора у него было... Простой. В общении р-русский он был человек. Ну и п-пустых разговоров с ним я не знаю. У него и роль была такая в жизни. Но вместе с тем, он п-простой, душевный человек. Я имел возможность близко его н-наблюдать, конечно.
Ленину, я бы сказал даже, не столько чувство юмора было присуще, сколько присуще п-понимание веселости, да и юмора. Он сам р-реагировал очень вспыльчиво, можно сказать. От души... Человек колоссальной энергии, мало п-пожил. Немецкого в нем было мало, нет, но аккуратность, организованность – ч-чертовская. Чертовская организованность!»
- Ага, перенял у меня! - съехидничал Сатана.
- К Вашему столетнему юбилею в СССР выпустили вино «Ленин в розливе», - выдал свою байку Ницше.
- Ха-ха-ха! - звонким колокольчиком залился Старик. - А я Вам в ответ другой анекдот расскажу, которым меня некогда попотчевали: «Чем кончится большевистская революция? Прочтите слова «молот, серп» наоборот: получается «престолом». А ведь в точку, Иосиф Виссарионович! - основатель СССР опять покатился со смеху. - Ладно, делу время, потехе – час, пойду...
- Подождите, Владимир Ильич! - остановил его Сталин. - Примите, пожалуйста, ходоков...
- Сами не можете?
Они очень каверзные вопросы задают...
Придется задержаться: с простыми людьми надо общаться. «Вышли мы все из народа»...
Давно пора бы вернуться! - съязвил Ницше.
- Вам бы, господин философ, вспомнить притчи Соломона: «Кто хранит уста свои, тот бережет душу свою, а кто широко отворяет рот, тому беда»! - не замедлил с ответом Ульянов. - Впускайте ходоков!
В кабинет робко втиснулись чертова дюжина душ, точнее, душонок – до дрожи испуганных.
- Товарищ Ленин, мы – выборные от группы селян. Посланы Вас попросить: покажите нам «это»...
- Что именно?
- Ну, мы же пели: «И как один умрем в борьбе за это». Вот и хотим посмотреть, за что мы боролись и умерли.
- Смотрите вокруг себя – и вы не только «это», но и то, и другое увидите!
- Да мы смотрели, но так и не поняли: где все-таки мы сейчас находимся?
- А как вы сами считаете?
- Сдается нам, что в пекле...
- Так, так... Ну, а признаки ада, о которых вам попы рассказывали еще до революции, знаете?
- Да...
- Перечислите их...
- Ну, черти с вилами, котлы со смолой, рогатый Дьявол на троне...
- И вы всю эту бесовщину видите вокруг?
- Нет...
- Так причем здесь преисподняя?! Вы, товарищи, находитесь в том самом светлом коммунистическом будущем, о наступление которого «так долго говорили большевики!».
Г. Соломон: «Отмечу одно обстоятельство, которое, наверное, удивит читателя, не знавшего и не слыхавшего Ленина как оратора на публичных собраниях. Он был очень плохой оратор, без искры таланта: говорил он, хотя всегда плавно и связно и не ища слов, но был тускл, страдал полным отсутствием подъема и не захватывал слушателя. И если тем не менее, как это было в России и до большевистского переворота и после него, толпы людей слушали его внимательно и подпадали под влияние его речей, то это объяснялось только тем, что он говорил всегда умно, а главное, тем, что он говорил всегда на темы, сами по себе захватывающие его аудиторию... Естественно, что толпы, состоявшие из крестьян, рабочих, солдат, бежавших с фронтов, и матросов, впитывали в себя его слова с восторгом. Конечно, он был большим демагогом, и его речи на указанные темы и в духе, столь угодном толпе или толпам, вызывали целые бури и ликование, и толпа окружала его непобедимым ореолом».
- Помните, товарищи, что такое коммунизм?
- Так точно, - ответила душенька с замашками бывшего военного. - На политзанятиях в артиллерийской школе мы проходили тему «Наша цель – коммунизм».
Ницше радостно хихикнул. Старик поморщился, но так как никто из ходоков двусмысленности не понял, от комментариев воздержался.
