- Жаль, что ты, Борис, так не поступил с Юмашевым! - «пошутил» Лаврентий. И тут же оскалился на «литрабов». - Вы чего ко мне прицепились?! Над абсолютно всеми выступлениями кремлевских руководителей по случаям любых памятных дат трудились большие группы крупнейших академиков, работников партийного аппарата, публицистов, в числе которых были многие из вас! После оглашения на торжественном собрании доклады обычно издавались отдельными брошюрами и затем включались в сборники избранных трудов членов Политбюро. Таким образом готовились книги Хрущева, Брежнева, Андропова, Черненко, Суслова, Кириленко, Громыко, Тихонова, Полякова, Лигачева. После Ленина и его интеллигентской гвардии, а затем Сталина, тексты своих выступлений самостоятельно писали единицы, последним из них был Александр Яковлев.
То же самое творилось в союзных республиках! Пишущий самолично первый секретарь ЦК союзной республики или обкома партии столь же редок, как снежный человек: его никто никогда не видел, хотя разговоров о нем много! Почему я, вождь кавказских коммунистов, должен быть исключением из общего правила?! Но именно мне и предъявили бывшие соратники обвинение в присвоении результатов чужого труда – сами будучи «авторами» бесчисленного количества докладов, речей, брошюр и книг, сочиненных за них «неграми».
- Правильно! - вынужденно поддержал кремлевского палача ЕБН. - Литзаписчики, кстати, помимо основной зарплаты еще и гонорары получали! И - «доступ к телам»...
Борис Николаевич основывался на собственном опыте: его «литраб» Валентин Юмашев получил доступ (фигурально) не только к телу Самого, но и (вполне реально) – дочери Ельцина Татьяне, на которой он женился.
… Друг на друга мнимый «автор» ельцинской трилогии и ее действительный сочинитель вышли по счастливой (для последнего) случайности. Известный журналист Андрей Караулов как-то взял развернутое интервью у опального трибуна, и Ельцину очень понравился его стиль изложения. Помощник ЕБН Суханов попросил Андрея написать за его шефа книгу, даже принес какие-то наброски. Но в тот момент Караулов уже делал воспоминания Чурбанова (зятя Брежнева, генерала МВД, попавшего в тюрьму), и это казалось ему намного интереснее.
И тут совершенно случайно к нему зашел Юмашев: он тоже работал в журнале «Огонек» и сидел в кабинете напротив. Караулов без всякого умысла рассказал коллеге о предложении Суханова. Валентин аж подпрыгнул: «Слушай, а ты не можешь познакомить меня с Ельциным?» И Андрей привел его в дом на Тверскую-Ямскую, свел с Борисом Николаевичем.
Юмашев превратился постепенно чуть ли не в его приемного сына... Именно этот спокойный улыбчивый молодой человек в вечно растянутом свитере и потертых джинсах оказался для ельцинской семьи змием-искусителем, который ввел их во грех.
Среди родных и близких ЕБН Юмашев занял место наряду с личным врачом, парикмахером и массажистом. Он стал личным «литрабом».
Первой книгой, написанной им за шефа, оказалась «Исповедь на заданную тему» - название он позаимствовал из своей же заметки десятилетней давности о школьных проблемах, с которой дебютировал когда-то в «Комсомолке». Книгу все хвалили, и Борис Николаевич как-то очень быстро почувствовал себя ее истинным автором: в те времена такое отношение называли синдром «Малой земли». Осознавать себя писателем было весьма приятно, а потом выяснилось, что еще и крайне прибыльно.
Гонорары за первую книгу Ельцин направлял исключительно на благотворительность: тоннами закупал для больниц одноразовые шприцы. А вот начиная с «Записок президента», появившихся в 1994 году, доходами уже ни с кем не делился. С этого момента в его налоговых декларациях неизменно красовалась гордая запись: авторские гонорары за книгу. В 1994 году они составили 280 тысяч долларов – это только официально.
- Поистине президентские гонорары! - позавидовал кто-то из «литнегров». - Настоящим писателям, будто они трижды гении, таких сумм в России не платят!
… Ельцин все больше и больше проникался к Юмашеву симпатией. Тот часто бывал у президента в гостях – это называлось «сбором материала». Наконец, пришел долгожданный миг: ЕБН понял, что Валентин ему нужен постоянно. И «литраб» прописывается вместе со своей женой Ириной и дочкой Полиной в элитном доме на Осенней улице – том самом, куда в конце 1993 года въехали не только Ельцины, но и почти все ключевые фигуры российской политической элиты. Именно там Юмашев поближе познакомился с Татьяной Дьяченко, своей будущей супругой.
