- Но такой шедевр создал я - «Так говорит Заратустра»!.
- Не пыжьтесь, герр философ! Ваш опус хорош, но до моего творения ему далеко!
- Но это Ваше произведене с литературной точки зрения очень слабо! Взять хотя бы первоначальный заголовок «Четыре с половиной года борьбы против лжи, глупости и трусости». Скажите спасибо, что издатель сделал из этого названия краткое и запоминающееся - «Майн Кампф» («Моя борьба»)!
- Ваше тщеславие непомерно, герр Ницше!
- Не зря же я — Ваш учитель!
- Туше! Но сейчас я хотел бы вернуться к теме моего доклада и назвать других своих учителей. Я не стыжусь и никогда не скрывал, что перенял опыт социал-демократов и коммунистов по работе с народом.
«Психика широких масс совершенно невосприимчива к слабому... Да и масса больше любит властелина, чем того, кто у нее чего-либо просит. Масса чувствует себя более удовлетворенной таким учением, которое не терпит рядом с собой никакого другого, нежели допущением различных либеральных вольностей. Большею частью масса не знает, что ей делать с либеральными свободами, и даже чувствует себя при этом покинутой. На бесстыдство ее духовного терроризирования со стороны социал-демократии масса реагирует так же мало, как и на возмутительное злоупотребление ее человеческим правом и свободой. Она не имеет ни малейшего представления о внутреннем безумии всего учения, она видит только беспощадную силу и скотски грубое выражение этой силы, перед которой она в конце концов пасует.
Если социал-демократии будет противопоставлено учение более правдивое, но проводимое с такой же силой и скотской грубостью, это учение победит, хотя и после тяжелой борьбы...
Мне стало совершенно ясно самое учение социал-демократии, а также технические средства, при помощи которого она его проводит.
Я хорошо понял тот бесстыдный идейный террор, который эта партия применяет против буржуазии, неспособной противостоять ему ни физически, ни морально. По данному знаку начинается настоящая канонада лжи и клеветы против того противника, который в данный момент кажется социал-демократии более опасным, и это продолжается до тех пор, пока у стороны, подвергшейся нападению, не выдерживают нервы, и, чтобы получить передышку, она приносит в жертву то или другое лицо, наиболее ненавистное социал-демократии».
Уроки герра Ницше, а также моих врагов: социал-демократов и коммунистов — позволили мне стать непобедимым в политической борьбе. Уже в начале деятельности я заявил, что «главное не в том, чтобы привлечь на свою сторону жаждущее лишь порядка и спокойствия бюргерство, чья политическая позиция продиктована прежде всего трусостью, но в том, чтобы воодушевить своими идеями рабочих. И все первые годы борьбы ушли на то, чтобы привлечь рабочих на сторону НСДАП.
При этом использовались следующие средства:
1.Подобно марксистским партиям, я также распространял политические плакаты огненно-красного цвета.
2.Я использовал для пропаганды грузовики, причем они были сплошь оклеены ярко-красными плакатами, увешаны знаменами, а мои люди с них хором выкрикивали лозунги.
3.Я позаботился о том, чтобы все сторонники Движения приходили на митинги без галстуков и воротничков и не особенно принаряжались, дабы тем самым вызвать доверие к себе простых рабочих.
4.Буржуазные элементы, которые — не будучи истинными фанатиками моих идей — хотели примкнуть к НСДАП, я стремился отпугнуть громкими выкриками пропагандистских лозунгов, неопрятной одеждой участников митингов и тому подобными вещами, чтобы с самого начала не допустить в ряды Движения трусов.
5.Я всегда приказывал применять самые грубые методы при удалении из зала политических противников, так что вражеская пресса, которая обычно ничего не сообщала о наших собраниях, информировала читателей о причиненном там членовредительстве и тем самым привлекала внимание к митингам НСДАП.
6.Я послал несколько своих ораторов на курсы ораторского искусства других партий, чтобы таким образом узнать темы выступлений их представителей на дискуссиях и затем, когда те выступят на наших собраниях, дать им достойный отпор. Я всегда разделывал под орех выступающих в дискуссиях женщин из марксистского лагеря тем, что выставлял их на посмешище, указав на дыру в чулке, утверждая, что их дети завшивели и т.д. Поскольку разумные аргументы на женщин не действуют, а, с другой стороны, удалить их из зала нельзя, не вызвав протестов собравшихся, то это самый лучший метод обращения с ними.
7.Я, выступая в дискуссиях, всегда говорил свободно, без подготовки и приказывал членам партии подавать определенные реплики, которые — создавая впечатление - придавали силу моим высказываниям.
8.Когда же прибывали оперативные группы полиции, то я давал знак своим женщинам, и те указывали им на оказавшихся в зале противников или даже просто незнакомых людей, на которых полицейские бросались, ни в чем не разобравшись, как спущенные с цепи волкодавы. Это был наилучший способ отвлечь их внимание или даже просто избавиться от них.
