- Да-да, мы наслышаны о ваших экспериментах и техническом развитии, сколько миров вы при этом погубили, буквально поглотив их ресурсы настолько, что от них остались одни лишь пустоши. Мы знаем об этом процессе создании двойников. Или, как правильно сказать, клонировании, когда невозможно понять, что за существо явится на свет: умирающий ты или чудовище, отдалённо напоминающее тебя. Ни о каком обмене опыта и не идёт речи. Ты просто поработишь нас и заберёшь ресурсы Элунеи, чтобы она превратилась в сплошную пустошь.
Услышав всё это, Паларатус помрачнел и отвечал:
- Бросаешь все мои ошибки мне же в лицо? Да, мы не идеальны. Да чего уж говорить там? Даже я не был рождён быть чародеем. Ты знаешь, что я – на самом деле нинханин? Я жил в мире, где люди ходили в доспехах и сражались на мечах, даже не имея представления, что такое магия. Мы только лишь знали, что где-то там, за пределами нашего мира обитают четыре мудрых дарга, которые делятся своими знаниями со всеми, кто их жаждет. Я молился Морану, я просил его прийти и осветить меня своими знаниями. Но, как будто боги насмехались над мной, потому что, ты не представляешь, к нам прилетел Дандор. Тот самый Дандор, который хранил тайны смерти и бессмертия. А мне это не нужно. Я жаждал света и просветления. Я не переставал молиться все возможным великим и настойчиво требовать прислать ко мне именно Морана. Я жаждал его мудрости. Но ответа не было…
Йимир его прервал:
- К чему ты мне рассказываешь эту историю? На моё решение она не повлияет.
- А к тому, что я поднимался с самых низов. Я знаю, что такое ничтожность. И не надо мне говорить об этом. Хочешь я скажу, что не так у вас, у сенонцев? Да и вообще у всех чародеев? Вы неправильно используете эфир. Вы все поголовно пропускаете его через себя, смешиваете его со своим духом, вкладываете в него часть себя. Из-за этого теряется больше половины эффективности ваших чар. А ещё, когда использованный эфир возвращается обратно, он несёт частицы вашего духа, которые, попадая в общий поток, оскверняют его, загрязняют, отравляют. Называйте, как хотите. Пока частиц вашего духа немного в эфире, этого незаметно. Но, как только их станет слишком много, будет уже поздно. Вы отравитесь им.
Дослушав до конца все аргументы, Йимир ответил:
- Это всё?
- Да, мой друг. Это всё.
- Что ж, вот что я тебе скажу: Паларатус, ты можешь сколько угодно находиться в Элунее, разговаривать, с кем хочешь, практиковать свою магию, пользуясь эфиром этого мира. Но я тебе запрещаю вербовать мой народ и кого-либо из гостей в свой Анклав, а также брать образцы, чтобы клонировать. Надеюсь, мы друг друга поняли.
Серьёзный взгляд Йимира встретился с не менее серьёзным взглядом Паларатуса, показывая, что таким образом происходит столкновение идей. Но предводитель Анклава, в конце концов, утвердительно закивал, как бы показывая, что он принял его условия и собрался уходить. Но остановился, обернулся и сказал:
- И да, я слышал о том, что Сенон был уничтожен. Печально.
Договорив это, он ушёл.
Прошло полтора миссара. Все уже давно забыли о существовании Анклава. Несмотря на то, что никто из Элунеи не был против того, чтобы кибер чародеи приходили сюда, ни один из них не появился в пределах нашего мира. Однако всё это означало лишь одно – эти люди и клоны людей готовились к тому, чтобы напасть на всю Элунею. И вот, в один из прекраснейших дней, когда буквально ничего не предвещало никакой беды, точка валирдации Элунеи чуть не разорвалась на части от того, что сотни и сотни кибер чародеев появились на ней.
