По той причине, что зентер уже имел дело с октарами, когда учился ещё на родине, то основные принципы познания магии воды были ему известны. В отличие от земли, где для того, чтобы покорить эти стихию, нужно быть твёрды и уверенным в себе, адепт магии воды должен быть ласковыми и нежным со своей стихией. Подобно тому, как внутри воды нельзя совершать резких движений – вязкость жидкости это не позволит, так и в обращении с этой стихией невозможно быть угловатым. Все зигзаги нужно превратить в волны, а ещё лучше в одну сплошную гладь. Более того, у окта был один очень интересный эффект – чем меньше у того, кто его практикует, получается волновать эфир, тем более эффективным будет её использование. Она станет буквально вытекать и вырываться, как надо. Однако ж здесь заключён и парадокс – чем сильнее магический эффект, тем сильнее колебания эфира. Это непреложный закон. Во всяком случае для Йимира он таковым всегда был. Но Валдин говорит, что те, кто покорили мастерство окта, смогли достигнуть совершенного равновесия между колебаниями магического пространства и силой магии. Йимир просил его показать это, однако водный маг не стал этого делать, потому что сейчас тут много сенонцев. Не хотелось бы прерывать их покой. И в самом деле, несмотря на то что большинство, встретив рассвет, вернулись в океан, всё ещё осталось много тех, кто продолжал сидеть на берегу или гулять по нему. Поэтому Йимиру пришлось поверить Валдину на слово и настроиться на поиск этого самого равновесия. Ведь, будучи магом земли, он никогда не обращал внимания, насколько сильные волны расходятся по разноцветным потокам энергии от волшбы, которую творит сам. Но теперь он заострял на этом внимание каждый раз и старался более аккуратно творить свою магию. Это было достаточно непросто, однако Йимир понимал, что постоянная практика в этом деле поможет ему в конечном итоге научиться этому приёму.
Хавор стал клониться к закату, берег Октариса снова опустел, и Йимир принялся уговаривать своего учителя показать ему самое эффективное использование силы воды. Октар посмотрел в океан, чтобы убедиться лишь в одном: никто не плавает на поверхности, а после принялся кроакзи́ровать свои силы. Он стал собирать огромный ком синего эфира над океаном. Само магическое пространство начало напрягаться и содрогаться. Но Йимир понимал, что эта самая дрожь была не такой сильной, какая должна быть при такой концентрации. Даже извечно-спокойная гладь Октариса сейчас бушевала и волновалась под действием этого сгустка сил, так что того и гляди, начнётся шторм. Но вот эфир был в несколько раз спокойнее. Связано ли это с тем, насколько плавно Валдин руководит синими потоками? Или же здесь какая-то другая тайна? Пока что все вопросы ученик решил оставить при себе.
Октар мог бы так и продолжать своё дело, однако из воды вышел ещё один представить подводного народа и попросил его перестать это делать. Валдин послушался и отпустил эфир обратно в своё пространство. Пока оба чародея разговаривали об этом происшествии, к Йимиру подошла Тати. Милая октарка уже прожила более 15 алватов, а потому была смышлёной и, само собой, обладала бо́льшей силой в родной стихии, чем пришелец. Она сказала, что хочет научиться магии земли. А взамен покажет ему несколько простеньких приёмов из магии воды, которые помогут Йимиру. Зентер, конечно же, знал о том, что у октаров слишком сильны родственные связи, но не догадывался, что общение с дочерью Валдина может быть воспринято, как попытка разделить их семейные узы. Стоило только разговору двух октаров завершиться, как Валдин тут же примчался и велел Йимиру не разговаривать с его дочерью. Зентер, конечно же, послушался указания отца. И хоть его сердце кольнуло такое недоверие, всё же он просто принял такое поведение как особенность этого народа. А потому в дальнейшем никогда не разговаривал с каким-то октаром отдельно от его членов семьи.
