- А ты в курсе, что я мог бы выбить эту дверь с помощью зенте и бежать отсюда с помощью финта?
Тот злобно усмехнулся и отвечал:
- То же мне и́вис нашёлся. Будь уверен, долго ты тут не полетал бы – первый же финтар поймал бы тебя. И это был бы я. Так что давай без глупостей, и всё пройдёт быстро. А потом можешь идти хоть в Кольен жаловаться на нас.
- Так, а куда мы хоть идём, не подскажешь?
- Хм, Мина́р и Фэ́нсир говорили, что ты всезнайка у нас тут. И вдруг оглупел? Подозрительно это как-то. Мне кажется, тебя нужно не к нам на допрос, а к монду. Может, статься, так мы и поступим, а? Что скажешь? Как на счёт дядюшки монда?
- Если это поможет мне поскорее приступить к обучению в закта’урине, то предлагаю начать именно с него и пропустить ваш допрос.
- Хм, ты либо глупец, каких мало, либо понятия не имеешь, о ком я тебе говорю.
Да всё я знаю. Монд – бывший одержимый, который после очищения от саткара приобрёл способность проникать в чужое сознание и вычитывать оттуда любые мысли, - Йимир чуть помолчал, потому что понял, что этот сенонец может прочитать в его мыслях, что сидящий перед ним сенонец – сын кольера, но тут же продолжил, - Он лишь скажешь то, что я уже говорил Минару и Фэнсиру. Я – гость Зактариса и пришёл пройти обучение в вашем урине.
Тот, кто его вёл, ничего не отвечал ему после этого. Они тем временем прошли мимо других темниц, в одной из которых сидел какой-то сумрачный мужчина, потом поднялись по лестнице и оказались в коридоре, где справа и слева располагались двери, много дверей. Они вошли в одну из них и оказались в другом помещении. Оно было чуть больше темницы, в которой очнулся Йимир, а ещё тут было светло. Два старых знакомых зактара ожидали Йимира. Один опёрся о стену, другой глядел в окно. Когда сын Талата вошёл внутрь, тот, кто его привёл сюда, удалился и закрыл за собой дверь. Как только звук металлических сапог стих, тот, что подпирал стену, заговорил:
- Ну что, хороший сон вправил тебе мозги? Давай рассказывай, кто ты такой и зачем пришёл в Зактарис?
Йимир демонстративно выразил своё изумление и в очередной раз показал красную ленту, повязанную на левую руку. Но те не поверили ему, предполагая, что он – дарур, который прибыл сюда, чтобы совращать умы верных зактаров. Удивление Йимира росло, а потому он принялся доказывать, что это не так. Но всё это оказалось невозможно, потому что они не обладали ни сопна, ни зразе, а потому не могли окинуть его сущность своими взорами и убедиться в отсутствии пятой стихии. Тот, что стоял у окна, призвал окта и окатил Йимира водой. Сначала он возмутился, потому что подумал, будто бы они его сейчас будут пытать водой, но тут же понял, что это была проверка на одержимость, так что успокоился и, потупив взор, спросил:
- Ну что, сколько саткаров из меня вышло?
- Ты не торопись, сика́г горный. Мы с одержимостью справимся в два счёта. А вот как выбить из тебя отступнические мысли, мы ещё не решили.
У гостя Зактариса уже начиналась истерика внутри, но он её подавил, пытаясь выглядеть спокойно. На такой же спокойный манер он пытался отвечать им, доказывая свою правоту. Но никакие слова не могли изгладить его репутацию, пока он не додумался до того, чтобы назвать имя Алнея. Зактары переглянулись, а затем последовал вопрос:
- Так, откуда тебе известно это имя?
- Я договорился с ним, чтобы он принял меня у себя дома на время, пока я буду проходить обучение в закта’урине.
Они ещё раз переглянулись и решили призвать этого Алнея, а, пока тот добирается до этого города из центральной части Зактариса, Йимир пробудет здесь. Чародей был сильно рассержен из-за того, что теряется столько хаворов из-за этого глупого разбирательства, но деваться было некуда. Пришлось ждать его. Хорошо, хоть талами не упрятали его в темницу на этот раз, а позволили ходить только в этом здании. Йимир был послушен им и старался найти с ними общий язык. Но те проявляли излишнюю осторожность, как они говорили, а иначе оглянуться не успеют, как он заразит их пятой стихией и сделает отступниками. Но гость Зактариса не отчаивался и продолжал искать к ним подходы. Те вроде бы и хотели открыться ему, но каждый раз останавливали себя, чтобы этот отступник не залез к ним в душу и не подселил туда ростки своей скверны. Воздыхая и набираясь терпения, Йимир оставил эту затею и решил понаблюдать за окружением через окна. К сожалению, здесь можно было разглядеть Закатарис только лишь с двух сторон. И это было, в самом деле, самым тяжким испытанием, какое только приходилось ему претерпевать.
Так пролетели три хавора, и безмолвие в помещении, где располагались Йимир, Минар и Фэнсир, нарушили торопливый марш двух пар латных сапог. Да, мимо них проходило много зактаров, но эти шаги были особенными. Йимир сразу это почувствовал, как и два его «собеседника». Они встрепенулись, после чего в помещение вошёл ещё один зактар-онтоханин. Дверь за ним закрылась, и он сказал:
- Я так понял, ты Йимир?
Йимир ему отвечал:
- А я так понял, ты Алней? Что ж, ряд знакомству.
