Выстроившись в ряд, группа миротворцев в светлых одеждах с сияющими белизной клинками встретила пришелицу враждебным молчанием.
И только один, разглядев содержимое капсулы через полупрозрачные стенки, рванул вперёд с горестным криком.
Разрушительница с красными горящими глазами не шелохнулась, когда он, метнув на неё полный ненависти взгляд, упал на колени перед скорбным грузом.
— Шила! Нет…
Смоляные волосы растрепались, в антрацитовых глазах стояли слёзы, когда миротворец, откинув крышку, склонился над смуглым телом в окровавленной белой чалме — и прижал его к груди.
Разрушительница обвела безразличным взором остальных и ледяным голосом молвила:
— Так будет с каждым, кто попытается войти в цитадель. С каждым, кто встанет у меня на пути.
Никто не проронил ни слова, лишь полубеззвучный шёпот убитого горем служителя Света тревожил зловещую тишину.
Неуловимым жестом она погасила клинок и спрятала под плащом.
Ни одна черта не дрогнула на каменном лице, когда один из миротворцев неожиданно последовал её примеру — и шагнул навстречу.
— Это весьма благородно… для разрушителя.
Его голос был ровным, а правильное лицо выражало удивительное спокойствие. Весь его облик: мягкие складки светлого сюрко, благородное мерцание серебристых доспехов, ровные пряди льняных волос, — пронизывало невозмутимое самообладание. Глубокие синие глаза взирали на противницу прямо и строго — но не враждебно.
Она сощурилась, процедила с прежним безразличием в голосе:
— Мы не звери.
— Да? А так и не скажешь, — ещё один служитель Света, темноволосый мальчишка с буйной шевелюрой, выступил вперёд и смерил разрушительницу дерзким взглядом.
— Не надо, Тьюди, — его старший товарищ сделал примирительный жест, не сводя с противницы синих глаз.
В них было нечто столь ясное и пронзительное, что она вздрогнула от пробежавшего холодка. Вся эта сцена изрядно затянулась и начинала действовать на нервы: странное чувство для той, кто давно отвыкла что-либо чувствовать.
Кроме дуновений потустороннего ветра — предвестников грядущих событий, порождений безошибочной интуиции, которая не подвела и сейчас.
Грозовой клинок вспыхнул в руке разрушительницы за миг до того, как обезумевший от горя миротворец кинулся на неё с мечом.
Лезвие взвизгнуло, рассыпая искры, удерживая яростный напор противника.
— Кадмар, нет! — синеглазый служитель Света схватил его за плечо. — Она пришла к нам с миром.
В одичало-чёрных глазах скользнула тень недоверия.
Не отводя клинка, миротворец медленно повернулся к соратнику и прошептал дрожащими губами:
— Ты в своём уме, Виг? Я убью её…
— Только не так, — тот покачал головой, осторожно вынимая меч из слабеющих рук товарища.
Не желая больше созерцать это жалкое зрелище, разрушительница шагнула назад — и растаяла в чёрной мгле.
Но сквозь пелену клубящегося тумана она продолжала видеть согбенную фигуру Кадмара, склонившегося над телом Шилы Сумарлиди, и синеглазого миротворца. Опустившись рядом с другом, он по-прежнему смотрел на неё — и тоже видел. Сквозь мглу и туман.
— Возвращайся, — прошептал Виг, и Эмбер очнулась.
Сырой холод пронизывал до костей, и только тепло нездешнего взгляда согревало прозябшую душу. Взгляда, в котором среди чёрных туманов Иссота ей впервые открылось величие Света.
22
Промозглый рассвет встретил ранних путников угрюмым молчанием. Эмбер куталась в плащ, потирала и согревала дыханием озябшие руки, провожая взглядом тонкие струйки пара.
На неё неприветливо косились ветхие приземистые дома, чьи деревянные стены почернели от времени, и узкая улочка, вовек не слыхавшая об асфальте, норовила подсунуть под ноги очередную лужу.
С непроницаемым равнодушием бледное солнце щурилось сквозь серую хмарь облаков — и неясно было, скроется ли оно насовсем или решит разогнать подползающий с запада дождь.
Странницу терзала та же неопределённость.
— Точно не хочешь с ними поговорить? — спросил Тьюди, когда они подошли к единственному каменному строению в округе, чей строгий шпиль возвышался над пологими крышами.
Часовня миротворцев, величественная и белая когда-то, понурилась, посерела от грязи и пыли, которыми славились города Талиссии, а мраморная резьба фасадных колонн кое-где покрылась неприглядной зеленью.
Эмбер отрицательно покачала головой.
Толку от разговоров? Да и попробуй втолкуй… Всё это затянется неимоверно, если ждать помощи из Чертога. И на какую помощь она могла рассчитывать? На кучку дормейдов, рвущихся в бой? Один уже погиб по её вине. Или, может, на кейдора старой закалки, который с подозрительностью параноика будет сомневаться в каждом её слове?
— Только давай без подробностей, как договорились, — бросила она вслед спутнику, когда тот поднимался по крошащимся ступеням. — И не вздумай сообщать новый код доступа для связи с «Квикстарт»! Три часа в бортовом компьютере ковырялась, чтоб не отследили…
Часовни, подобные этой, имелись на большинстве сколь-нибудь обжитых планет. Они подчинялись Чертогу и находились под надзором прибывавших несколько раз в году миротворцев-инспекторов, но управлялись смотрителями из числа местных жителей.
