Кат сделал несколько шагов. Разбитое окно над пустотой обрыва. Деревья, много деревьев, развалины какого-то завода левее. Река причудливой петлей. Синяя река, от нее и виднелось свечение. За ней снежное поле, дальше, уже в серой дымке – небольшие строения, торчит гнилым зубом многоэтажка, так же дико выглядящая здесь, как и замок. Только младше возрастом. А далеко за ней – еще одно синее марево.
– Там, – ткнул рукой Кат. – Там еще пятно.
Тяжесть, давившая его с момента встречи с собаками, резко ушла.
– Верно. Ты видишь. – Призрак пошевелился. – Ты не человек. Ты наш.
– Я – человек, – упрямо сказал Кат. – Просто умею видеть фон, да и все.
– Думай как хочешь, – проквакал Призрак. – Останешься?
– Я сюда и шел, – просто ответил сталкер.
– Нас мало. Мы не причиняем вреда нашим. Мы не пускаем людей. Вот и все правила. Ты готов?
– Вполне, – кивнул Кат. Можно подумать, у него есть выбор…
В замке и соседних домах, когда-то построенных для слуг, жило всего шесть мутантов – они не любили это слово, называя сами себя Новые. Призрак был негласно старшим. Мощная телепатия зеленой морды подчиняла собак, отгоняла незваных гостей всех видов – от волчьих стай до случайно зашедших людей. Краб – тот, кто оставлял неузнанные Катом следы во дворе, бегавший на четвереньках с нелепо задранной назад головой, отвечал за охоту. Несмотря на нелепый вид, бегал он быстро, а в прямой схватке мог загрызть одиночного волка.
Туми и Тути, два человека – если это слово подходит к очень высоким, метра под три, тощим существам с острым слухом и молниеносными движениями, отвечали за растения вокруг. Неведомо как в их присутствии росло то, что нужно поселку, а сорняки дохли на корню.
Элли, которой на вид было не больше пяти лет, недавно исполнилось двадцать. Она обожала наряжаться, хотя в этих краях с девичьими платьями было не очень. Если бы Кат знал, привез бы охапку одежды из детских магазинов, но… Сейчас он и Воронеж располагались на разных планетах. Элли владела… Как это называли предки, ведь было же слово? Пиро… Пирокинезом? Не важно. Зажигала взглядом. И разум у нее был развит на свои двадцать, только образование нулевое и разговаривать с кем-либо желания почти не было.
Последним из шести был Крот. За больше чем год, прожитый Катом в замке, он его видел всего раз пять или шесть. На вид вполне человек, только совершенно седой, сгорбленный, с постоянно шевелящимися пальцами, словно не мог унять желание что-то схватить, Крот «слышал землю». Он не мог толком объяснить, что это значит. Призрак однажды под настроение рассказывал Кату, что Крот может найти что угодно, если это под землей. Клады, трубы, подвалы и подземные переходы от замка вниз, мимо завода – его вотчина. Там ничего интересного, но не важно. Новые собирались вместе не ради полезных качеств. Они здесь, чтобы спастись от людей.
– Откуда вода? – спросил в первый же вечер Кат. Судя по свежему вкусу и отсутствию фона, не речная.
– Родник, – махнул слишком тонкой и слабой для такой туши рукой Призрак. – Туми носит. Канистры. Она хорошая.
Прямо в комнате, занятой Призраком, на полу был выложен очаг. Странное место, на втором-то этаже и деревянном полу, но лягушачья туша не могла передвигаться. Когда-то смог залезть сюда, и все. Теперь от стены до стены и почти ползком. Поэтому центр замка, кухня, столовая и зал собраний там, где он.
Огонь потрескивал, дым вытягивало в разбитое окно. На вкус Ката было довольно холодно, но не жаловаться же? На ужин было жареное мясо – заяц, насколько он разобрал. Вдоволь воды. Испеченный Элли почти хлеб из летних запасов зерна, выращенного Туми и Тути здесь же, в двух шагах от замка. Не разгуляешься с блюдами, но и от голода никто пока не умер.
– Выбери комнату. Живи, – выплевывая кости, сказал Призрак. Он так и говорил, короткими рублеными фразами. – Спи, ешь. Охота с Крабом. Хочешь – обойди местность. Собаки с тобой.
– Я типа в плену? – уточнил Кат.
– Нет. Ты наш. Безопаснее с собаками. Нужна помощь – мы скажем.
К весне он совсем обжился. Как ни странно, мутанты не просто выживали. У Призрака была идея – собрать здесь Новых, чем больше, тем лучше. И превратить замок в настоящий город, свободный от людей, эдакий рай для своих. Только вот с новыми жителями была беда. Призрак целыми днями, успевая контролировать границы и управлять стаями собак, мысленно звал сюда всех, кто услышит. Но никто не отзывался. Все хорошо в Рамони, но к центрам цивилизации городок и до Черного Дня отнести было сложно. Слишком на отшибе. Слишком.
– Я чувствую. Есть они. Молчат. Свои дела, – однажды сказал Призрак. – Один черный, по ту сторону города. Второй нет. Как ты, похож.
– В каком смысле – похож? – заинтересовался Кат.
Зеленый промолчал.
– Да, а почему люди отсюда ушли, радиация же не очень сильная? От реки фонит, а так… – спросил Кат.
– Не ушли. Остались. Но умерли. Белая чума, слышал?
